Саратовская региональная общественная организация трезвости и здоровья

пнд.-пт.  10.00 - 16.00   сб. 10.00 - 13.00

тел.  (845-2) 23-68-10, 23-15-72

e-mail: ot45@yandex.ru

Содержание материала

 

Взбудораженный рябчикХасан ХАЗАИ

 

ВЗБУДОРАЖЕННЫЙ    РЯБЧИК

 

Исторический институт

Международной Академии Наук (МАН)

 

Итильбад

 

2434 год хиджры

 

ПОСЛАНИЕ ИЗ ГЛУБИНЫ ВЕКОВ

 

– Андерс, ты похож сейчас на дервиша, который трёт лампу Алладина, – я засмеялся, представляя, что вот-вот из пузатого сосуда, бок которого оттирал от грязи мой друг, вылетит джин и скажет: «О, мой повелитель! Чего изволите приказать?» Однако раздался не голос духа, а до приторности мелодичный голос Дэна Ливея: «Андерсу опять повезло, фортуна на его стороне: пять дней мы копали – и ничего, а он только вчера приехал – и на тебе!»

Я недолюбливаю Дэна: китаец гордится своей фамилией, уверяя всех, что он – прямой потомок первопроходца космоса, тейконавта Вана Ливея, совершившего свой легендарный полёт в октябре 2004 года по христианскому летосчислению. Восемь лет назад, в священный месяц рамадан 2425 года, когда «всё прогрессивное человечество», как сообщалось в новостях, «отмечало тысячелетие полёта первого человека в космос», а мы учились вместе с Дэном в третьем классе колледжа при Академии наук, он уже тогда беззастенчиво хвастал своим недоказанным родством с Ван Ливеем.  «Хасан, – приставал он ко мне, а ты знаешь, кто первым полетел к звёздам?» – и на моё недоумённое: «Да это каждому малышу известно – китаец Ван Ливей», самодовольно поправлял: «Не просто китаец, а мой прапрапращур!» И начинал пересказывать тысячу раз слышанную историю о том, что у его деда в Пекине якобы хранится скафандр первого тейконавта, в котором Ван Ливей побывал в том историческом полёте.

И вот судьба вновь свела меня с задавакой Дэном: на границе трёх держав – Ирана, Швеции и Китая, там, где великая река, в древности носившая имя Волга, втекая в иранские пределы, обретает имя Итиль, начались раскопки античного города, некогда возведённого загадочным народом и называвшимся им, кажется, Саратовом. В состав археологической экспедиции включили и лучших студентов университета Академии наук – разномастную публику со всех краёв и весей, победителей исторических Олимпиад. Именно на Олимпиадах я и познакомился и со шведом Андерсом Нильсоном, и со многими другими ребятами, с кем сейчас учусь в Историческом институте Международной Академии Наук (МАН).

С того памятного дня, когда швед извлёк из земли сосуд и выпустил ждавшего тысячелетие своего часа дьявола, начались не только наши злоключения, но и тот глубокий интерес к загадочному народу, обитавшему некогда эти благословенные места, который вспыхнул во мне и до сих пор не даёт мне покоя. Мне так жалко тот невероятно талантливый народ, так глупо погибший и расплескавший отпущенный ему щедро Всевышним дар, – что я мечтаю о невозможном: изобрести машину времени и махнуть на тысячу лет назад, чтобы предупредить их о грозящей им гибели от того, что они считали несерьёзной угрозой и даже бравировали своим запанибратским отношением со своим, как оказалось, могильщиком.

Прошлое переписать нельзя, история не знает сослагательного наклонения. Зачем же я терзаюсь от бессилия что-либо поправить и для чего взялся за перо, рассказывая о невероятных и печальных происшествиях, начавшихся позапрошлым летом и ещё, увы, не завершившимся? Потому, что история имеет обыкновение повторяться, и прав тот древний мудрец, заметивший: она учит лишь тому, что ничему не учит. Впрочем, мы всегда не теряем надежды, что к нашим-то поучениям и предупреждениям люди прислушаются, иначе всё теряет свой смысл. Но – по порядку, вернёмся к тому мгновению, когда Андерс осторожно освободил поверхность, как оказалось, стеклянного сосуда от грязи, плотно притиснутой к стеклу многими веками, и воскликнул: «Глядите, здесь какие-то письмена!»

Весть о том, что студенты нашли послание из глубины столетий, быстро облетела лагерь. Никто из учёных мужей не отважился прочитать надпись: начертания знаков не напоминали ни иероглифы, ни скандинавские руны, ни индийский алфавит, ни арабскую вязь. Вызвали из Академии Наук специалиста по древним языкам – индианку Индиру Ганди. Хотя Академия, расположенная на берегу Хуанхэ, отстояла от Итиля на тысячи километров, Ганди, женщина уже в почтенных летах, прибыла через пару часов: современный светолёт быстро домчал её до места раскопок. Вернее, светолёт вовсе  не мчался, а просто, отключив под собой гравитацию Земли, завис в одной точке на высоте трёх километров, а планета, вращаясь, сама предоставила экипажу светолёта необходимые координаты для посадки. Светолётом же лайнер называется потому, что в случае полёта на другие планеты над ним раскрываются паруса, и солнечный ветер гонит космический корабль по волнам мироздания.

Ганди недавно отметила свой второй юбилей и готовилась уйти на покой. Юбилей – отрезок времени в пятьдесят лет. Обычно люди после празднования своего столетия завершают свои исследования, передают дела своим молодым коллегам, и оставшиеся им третьи полвека посвящают путешествиям, воспитанию правнуков, предаются и другим занятиям, на которые не хватало времени раньше. Правда, их не списывают со счетов, приглашают консультантами, позволяют и дальше работать по специальности, коль у кого есть желание, однако большинство уступает дорогу молодым, приходя им на помощь в сложных случаях, когда требуется их немалый опыт. Вот и Индира недаром слывёт знатоком древностей. Взглянув на текст, она сразу же определила, что загадочные письмена составлены буквами русского алфавита, подтвердив тем самым догадку археологов о происхождении найденного ими города. Профессор настолько хорошо знала русский язык, что тут же, в присутствии всех сбежавшихся археологов стала читать начертанное на сосуде под изображением птицы, распустившей вниз крылья:

«Рябчик – маленькая птичка, живущая в местах, далёких от шумных городов и суеты. Он любит чистые красивые леса, где на солнечных опушках виден золотой окрас его перьев.

Водка «Рябчик», – тут Индира прервала чтение и сказала: «Здесь явная опечатка – написано «водка», а надо – «вода», одна буква лишняя вкралась, –  унаследовала у этой птицы вольный характер и лесную душу, – продолжила чтение Ганди. – Она как глоток лесного воздуха – прохладный, свежий, кристально чистый. И ингридиенты она взяла у самой природы – воду («вот, здесь слово написано без ошибки! – одобрительно заметила индуска, как будто не переводила с мёртвого языка документ ушедшей эпохи, а проверяла диктант у школяров) воду, – повторила она звучное слово, – из чистых источников, озимую пшеницу и ароматный тмин.

С «Рябчиком» так легко отпустить все заботы и насладиться спокойным течением жизни, как на природе. Махнёшь с друзьями по рюмочке «Рябчика» и как в заповедном лесу оказался. И душа взлетает ввысь, словно лесная птица! «Рябчик» – возможно, самая природная водка России («Вот, опять опечатка!» – нахмурилась чтица, словно её оскорбила неряшливость древнего писца), с которой отдыхаешь как на природе, недаром её называют водкой с лесной душой», – окончила чтение профессор Академии, и, остановив зарождавшиеся аплодисменты сгрудившихся вокруг неё археологов, в нерешительности пояснила: «Не стоит благодарить за мой экспромт, мне нужно серьёзно поработать с текстом: кажется, не все слова я поняла. К примеру, вспоминается мне, что рябчик – название вовсе не воды, а изысканного блюда русских. Один их поэт так описывает пиршество: «Ешь ананасы, рябчиков жуй…» Видите, рябчиков – жуй! А как можно жевать жидкость?

Профессор-филолог повертела в руках бутылку, рассматривая её со всех сторон. «Постойте, да тут ещё буковки, да такие маленькие, что их едва различишь!»

– Возьмите увеличительное стекло, – Андерс протянул ей лупу, которой он на досуге выжигал рисунки на дощечках, ловя в фокус жаркие лучи степного солнца.

Индира, прищурившись, стала читать мелкий шрифт: «Водка «Рябчик» изготавливается из натурального сырья и соответствует международным стандартам и правилам Европейской экологической комиссии ООН. Контроль качества осуществляется на всех стадиях технологического процесса, начиная с контроля качества сырья и заканчивая реализацией готовой  продукции. Экологический Сертификат № 00001658, выданный Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации гарантирует потребителям безупречные вкусовые качества и безопасность продукта. Руководитель органа (центра), выдавшего сертификат – Ф.Ф. Метлицкий», – вот, смотрите, тут сохранилась печать и подпись чиновника, – повернула увеличительное стекло к студентам, внимательно слушавшим её чтение. – Эта печать и эта собственноручная роспись, – он начертал свою фамилию, – означают, что продукт, которым был заполнен сей сосуд, можно безбоязненно употреблять, и он, чиновник, ручается за последствия.

– Жалко, что сосуд пустой, – разочарованно заметил Андерс, – а как хорошо было бы испить то, что пили неведомые нам русские! Как там: «Отпустить все заботы и насладиться спокойным течением жизни…», «безупречные вкусовые качества...» Интересно, эта вода была сладкой или кисловатой, а может – резкой и освежающей, как минеральная вода Кавказа?

– Увы, этого мы уже не узнаем никогда! – подвёл итоги уходящему дню Бьёрн Ларсен, руководитель археологической экспедиции, – Пора идти отдыхать, готовится ко сну, завтра нам предстоит сделать больше, чем сегодня.


АНДЕРС ОТРАВИЛСЯ!

 

В лагере не все в ту ночь спали крепким сном. Андерс, возбуждённый находкой, тайком покинул свою палатку, осторожно перешагнув через задремавших товарищей, и направился в раскоп, где недавно улыбнулась ему судьба. И хотя он знал, что удача редко благоволит дважды подряд, интуитивно надеялся, что земля может раскрыть перед ним и другие тайны. Интуиция его не обманула. Вот что рассказал он мне потом о своих приключениях в ту ночь.

Едва начав углублять раскоп, он неожиданно провалился в тартарары. Правда, испугаться не успел: приземлился ногами на твёрдую поверхность, даже не ушибившись. Его падение вызвало глухой шум, и он ощутил, как на ступни полилась жидкость, а в затхлом воздухе подземелья запахло резко и возбуждающе. Андерс направил луч фонарика себе под ноги и увидел, что стоит засыпанный по колено… множеством сосудов, подобных тому, что он раскопал сегодня днём. Один из них раскололся, из него-то и хлынула вода, дразня незнакомым запахом. Студент поднял луч света повыше. На каменных полках замерли, как солдаты в строю, десятки сосудов разных форм, от пузатых, как бочонки, до изящных стройняшек с удлинённым горлышком. Те, которые были прозрачны, под лучом выдали свою тайну: они были полны и нераскупорены! Завтра он, Андерс, опровергнет пессимизм Бьёрна Ларсена: «Мы не узнаем никогда!» Узнаем! Видимо, это замечательный напиток, если качество его удостоверялось подписью и печатью высокого чина. Хотя, впрочем, зачем ждать до утра? Он, Андерс, может приобщиться к исчезнувшей цивилизации русских уже сейчас, незамедлительно!

Андерс взял расколовшуюся бутылку и в ладошку левой руки плеснул жидкость. Струя приятно охладила ладонь. Он поднёс руку ко рту, резкий запах воды, пролежавшей в бутылке под землёй Бог весть сколько веков,  ударил в нос. Археолог осторожно влил несколько капель в рот, обжёгши язык и тут же выплюнув чрезвычайно горькую жидкость. «Гадость какая-то!» – мысленно выругался Андерс, однако любопытство взяло верх над благоразумием: он подумал, что в разбившейся бутылке могла быть испорченная жидкость, а в других сосудах может оказаться неиспорченный продукт, ведь не напрасно же неведомый автор надписи на «Рябчике» так расхваливал свой товар. Да, так оно и есть, расколотая бутылка не имела на своём боку рисунка птицы. Луч скользнул по шеренге сосудов. Вот она, с рябчиком. «Иди сюда!», – прошептал белокурый швед, поднявшись на цыпочки, дотягиваясь до заветного сосуда.

Утром мы с Дэном, выйдя из палатки на утреннюю пробежку, обнаружили своего друга лежащим на краю раскопа. «Странно, почему он решил спать там», – подумали мы, и ещё больше удивились, когда не смогли его разбудить. Швед мычал что-то невразумительное, открывая глаза и не узнавая нас, и тут же вновь проваливаясь в сон. От него дурно пахло, меня чуть не стошнило. Причину странного состояния Андерса объясняла откупоренная бутылка «Рябчика», на дне сосуда колыхались остатки жидкости. Мы ужаснулись: Андерс отравился! С этой новостью побежали к медицинской палатке, и вскоре над распластавшимся на земле скандинавом хлопотали доктора, отчаянно споря, какое противоядие вводить пациенту. Так и не придя к согласию, эскулапы вызвали светолёт из ближайшего поселения и вместе с больным отбыли в госпиталь.

Вернулся Андерс к вечеру того же дня. Вид у него хотя и был нездоровый, его мутило, к пище не то что притрагиваться – ему, как он сказал нам, даже думать о ней было противно, однако из госпиталя он убежал после того, как ему промыли желудок и назначили курс лечения. Валяться в палате в то время, как в лагере происходят такие события? Он боялся, как бы его лавры открывателя необычных древностей не присвоили мы с Дэном.

Андерс не ошибся. Нет, не в том, что мы посягнем на его открытие, а в том, что его ночная находка взбудоражила археологический лагерь: там и тут шли дискуссии, учёные, отведав жидкости (никто не сказал, что она имеет «безупречные вкусовые качества», большинство, и я в том числе, нашли её противной и ужасно горькой), спорили, зачем древним людям понадобилось производить и употреблять (судя по рекламному тексту – внутрь) жидкость, именуемую «водкой». То, что профессор-филолог ошиблась, полагая, что в тексте допущена опечатка, следовало из того, что на всех извлечённых из погреба бутылках красовалось именно это слово – «водка», хотя названия на сосудах были разные – «Журавли», «Пять озёр», «Хрустальная», «Берёза», «Беленькая», «Белуга», «Мороз и солнце». Эти поэтические имена, как видим, вызывают положительные эмоции, настраивают на бодрый лад, а последствия от употребления прямо противоположны. Даже несколько глотков обеспечивают головокружение, тошноту, замутнение рассудка. Большая же доза, как доказал Андерс, вообще приводит организм в полнейшее расстройство.

Тут как раз появился Нильсон, его окружили и стали расспрашивать, как он себя чувствует, что с ним делали в госпитале, чем лечили, просили рассказать, что швед ощущал, когда осушил едва ли не всю бутылку. Попав в центр внимания, Андерс, похоже, забыл о своём плохом самочувствии и стал повествовать, как вчера ночью отважился сделать первый глоток «Рябчика» после того, как выбрался из погреба и откупорил сосуд с нарисованной птицей. Хотя жидкость и в этой бутылке оказалась горькой, пока он размышлял, почему его вкусовые ощущения не совпадают с услышанным вчера переводом рекламной надписи, в голове приятно зашумело, в руках и ногах появилась слабость (странно, у меня кроме отвращения и желания скорее прополоскать рот ничего не возникло: как по-разному действует эта жидкость на людей! – подумал я тогда, не подозревая, что эта проблема заставит меня заняться биохимией основательно). Тогда Андерс решил ещё раз приложиться к сосуду. Приятные ощущения усилились, и нарастали с каждым новым глотком, казалось, ещё немного – и наступит то обещанное древним писцом состояние, когда «душа взлетает ввысь, словно лесная птица!»  Андерс выпил ещё немного – и, как он уверил нас, больше ничего не помнил, провалился, словно давеча в погреб, и очнулся только в госпитале. Там ему рассказали, что с ним приключилось, он вспомнил, как нашёл залежи древних сосудов, и сбежал от лекарей, боясь, что пропустит самое интересное.

А самым интересным для всех оставался один вопрос: зачем русским эта «водка»? Предположили, что ясность внесёт химический анализ. Исследования дали, однако, только формулу непонятной жидкости – водный раствор (вот почему «водка»!) этилового спирта С2Н5ОН. Но это вызвало ещё большее недоумение. Этиловый спирт, и это известно любому школьнику – хороший растворитель, так зачем эти русские заливали его внутрь, что хотели там растворить? Видимо, они не дружили с головой, – предположили одни археологи, другие же уверяли, что не надо спешить с выводами, не может быть, чтобы ответ оказался так прост, видимо, нужно понять, как этот растворитель полагается применять, в каких дозах или в пропорциях с чем-то другим, ну не полные же они были идиоты, чтобы потреблять вещество, несовместимое с жизнедеятельностью организма?

Скептикам, видевшим в русских полных идиотов, пришлось брать свои слова обратно, когда отыскали небольшую стеклянную фляжку (на четверть литра) с «водкой» «Урожай», на обратной стороне этикетки сквозь стекло читалась надпись, пояснявшая: «Пищевая ценность в 100 см3 продукта: углеводы 0,12 г. Энергетическая ценность 224 ккал». Значит, делали вывод сторонники того, что водка – пищевой продукт, эта жидкость  питательная, вот и в составе указано: «спирт этиловый ректифицированный из пищевого сырья «Люкс». Для тех же, кто предполагал, что некогда, возможно, водка и была пищевым продуктом, да за тысячу лет испортилась и стала отравой, аргументом против стала строка на этикетке: «Срок годности (использования по назначению) не ограничен». И уж совсем фантастическую идею выдвигали те, кто на основании всего лишь того, что в состав «водки» «Урожай» входил «экстракт расторопши сухой», заявляли, что древние на спирту настаивали травы и таким способом лечились. Зачем помещать вытяжки из лекарственных трав в жидкость, убивающую всё живое?

Постепенно споры о водке утихли, новые находки – какие-то механизмы, агрегаты, непонятного назначения предметы, откопанные поблизости от погреба с водкой, – переключили внимание учёных на другое. Андерса же более других задела история с сосудами, быть может, потому, что это его первая находка, прославившая его (сосуды, откопанные им, так и назвали в отчёте об экспедиции – сосуды Андерса), а, возможно, и оттого, что ему единственному удалось ощутить приятные, хотя и весьма краткосрочные, ощущения от соприкосновения с древней влагой. И засела в нём мысль докопаться до истины (знал бы он, как обманчива поговорка древних, связанная с употреблением спиртовых растворов – «Истина в вине!», – тогда не стал бы связываться с этим экспериментом), захотелось научиться правильно применять «водку», чтобы почувствовать прелесть «глотка лесного воздуха – прохладного, свежего, кристально чистого». Перед отъездом из лагеря, по завершении сезона раскопок, он выпросил пару «Рябчиков» у Бьёрна Ларсена «на память о его первых открытиях» (остальное увезли в хранилища Академии Наук) в надежде «обменять» хранящуюся в тех сосудах влагу на разгадку тайны водки.


ЯЗЫК ДО ИСТИНЫ ДОВЕДЁТ

 

В конце месяца рамадана 2434 года наш лагерь опустел, мы разъехались по домам. Нет, не в города, не в мегаполисы столиц. Давно канули в Лету времена, когда люди скучивались в неудобных селениях, между которыми прокладывали магистрали железных и шоссейных дорог, взрывая чрево планеты для добычи вещества, из которого строили эти дороги. Давным-давно ликвидировали и эти набухшие рукотворные «жилы Земли», и ужасные наросты на её теле – города, поняв простую истину: надо жить так, чтобы не вредить Земле, ведь другой такой пригодной для жизни планеты в обозримом космосе не оказалось, и, значит, человечество будет живо до тех пор, пока живёт Земля. Научились строить свои жилища так, чтобы не причинять боль кормилице-земле. Двускатные крыши наших домов стали служить источником энергии: обращённая к солнцу сторона кровли – солнечная батарея, а с северной стороны – антенна, преобразующая электромагнитные излучения, идущие из космоса, в электричество и в тепло. Земляне приучили себя к аскетическому образу жизни, взяв за правило обходиться минимумом вещей, помня трагедию некогда могущественной державы, располагавшейся на континенте между двумя океанами – Тихим и Атлантическим. Граждане той страны наращивали потребление до тех пор, пока вещи не удушили их. Привыкшие к праздности (они жили за счёт эксплуатации далёких колоний, поставлявших метрополии дешёвые товары), американцы (кажется, так звались обитатели того материка) одряхлели физически, и постепенно численность их снизилась до того предела, за которым стал невозможен процесс смены поколений. Власти не выполнили своего прямого предназначения: хранить народ, предвидя опасности. Вместо того, чтобы формировать Homo saрiens, они потакали порокам граждан, главный из которых был – жадность. Когда мы в младших классах проходили древние цивилизации, я поражался неразумности наших предшественников (не могу назвать их своими предками: у них потомков не оказалось, свои прихоти им оказались дороже интересов правнуков). Зачем человеку иметь столько? Что, у него три желудка? Или зачем строить для одной семьи жилище, в котором без труда могут разместиться сотни людей? А самым непонятным для меня осталась мания к накоплению денег. Приписывать нолики можно до бесконечности, и, главное, эти сокровища так и лежали без пользы, в то время как другие люди голодали. Самым опасным оказалось то, что стремление к богатству многих людей истощило запасы планеты, так что нам (я имею в виду современную цивилизацию) пришлось немало потрудиться, чтобы привести в чувство старушку-Землю. Быть может, американцы бы и одумались, да на их беду подоспела катастрофа: после грандиозного землетрясения утонули Японские острова, и их обитатели, так как ближайшие земли были плотно заселены китайцами и не могли принять двести миллионов беженцев, переселились за Тихий океан, где и ассимилировали остатки одряхлевших американцев.

Ну да ладно, оставим в покое американцев, этих римлян Второго тысячелетия хиджры, и вернёмся к рассказу об Андерсе. Он коренной швед, родился двадцать два года назад в Швеции и до сих пор живёт там же, на берегу реки, именуемой на шведский манер Гардарекой, а некогда звавшейся Волгой (вернее, там живут его родители, а он вот уже второй год, как и все мы, студенты Истоирческого института, проживаем в живописных окрестностях городка Итильбада, как следует из названия – поселения на берегу Итили, в среднем её течении). Профессор Бьёрн Ларсен утверждает, что Итиль тысячелетие назад населяли на всём её протяжении русские – загадочное племя, от которого осталось только название, приоткрыть завесу над его таинственным исчезновением и призваны были археологические раскопки, начатые ещё в прошлом году сразу в нескольких местах Ирана, Швеции и Китая. На лекции в нашем институте один руссовед из Китая, приезжавший в наш филиал Академии Наук на симпозиум, обсуждавший древние цивилизации Земли, заверял студентов, что русские жили на всём евразийском пространстве, от Атлантического до Тихого океана, но я не мог поверить в такое: слишком малочисленно было племя русских, чтобы освоить этакую громаду при том неразвитом техническом состоянии, когда кроме примитивного электричества и атомной энергии люди не обладали другими источниками энергии.

Эксперименты с «Рябчиком» не приблизили Андерса к разгадке свойств «водки», литр жидкости кончился быстрее, чем мой товарищ успел прийти хотя бы к каким-нибудь теоретическим построениям. Неудача лишь раззадорила скандинава, и он решил, дабы продолжить исследования, самому научиться приготовлять тот спиртовой раствор, коему химики дали научное обозначение С2Н5ОН. Казалось бы, в хранилище информации, доступ к которому открыт для всех, можно отыскать формулу этилового спирта и запросить способ получения вещества, однако после введения данных на экране (он встроен в стенку, занимая значительную часть её) появился отказ. «В хранилище за тысячелетие скопилось столько информации, что держатели банка информации почистили все сусеки, удалив всё то, что не могло пригодиться для жизни людей», – так подумал я тогда, однако разгадка неудачи поиска информации пришла позднее, об этом я ещё расскажу.

Как всегда, Андерсу помог случай. Наш курс  послали на практику в Индию, и там в одном из музеев нам дали задание разбирать залежи книг. Книга –  странный и довольно варварский способ хранения и передачи информации. Представляете, для того, чтобы записать какие-то данные на бумагу, её, бумагу, нужно было произвести, потратив на одну книгу несколько деревьев. Индира Ганди, заметив наш интерес к книгам, рассказала историю возникновения бумаги (Дэн сделал вид, что он никакого отношения к Китаю не имеет, ведь именно китайцы, сказала Ганди, изобрели этот затратный способ хранения информации: если бы люди пользовались им до сих пор, то на планете не осталось бы ни одного дерева, всё бы перевели на бумагу). Пока другие студенты задавали  филологу вопросы, Андерс, рассеянно перебирая книги, открывая их и перелистывая, наткнулся на томик, страницы которого были испещрены химическими формулами, среди них в глаза бросилась заветная С2Н5ОН. Андерс спросил у Ганди, на каком языке написан, как оказалось, учебник химии. «На русском», – ответила, взглянув на книгу, Индира. Что ж, хочешь узнать тайну приготовления спиртового раствора – учи русский.  И Андерсу не оставалось ничего иного, как, вернувшись в институт, записаться на курсы изучения древних мёртвых языков, среди английского, немецкого, французского, итальянского, испанского и русского выбрав русский, уговорив и меня за компанию с ним изучать язык исчезнувшего народа, за что я ему премного благодарен: без знания языка я бы не узнал и не полюбил бы русских.


РОКОВАЯ САМОДЕЛКА

 

Из Индии Андерс привёз не только новые знания, но и чертежи аппарата, с помощью коего можно было возгонять спирт. Об этом я узнал не сразу, он хранил втайне своё открытие. С некоторых пор я стал замечать, что Андерс ходит какой-то возбуждённый, в приподнятом настроении. Обычно немногословный, как все скандинавы, тут он не умолкал, пытался острить, только шуточки получались какие-то плоские. Бывало, что и на занятия в институт не приходил, а на следующий день был весь какой-то пришибленный, угрюмый и молчаливый. Пахло от него в такие хмурые утра резко и неприятно, как будто он три дня зубы не чистил, сам он, однако, не замечал этого. Все эти странности я смог объяснить, когда Андерс зазвал меня  однажды вечером к себе в комнату (мы жили в одном пансионате-общежитии) и показал тот самый аппарат, который он собрал по рисункам из старинной книжицы, которую он спёр в том самом индийском хранилище мудрости (называется та книга «Как самому приготовить самогон»): ёмкости, соединённые между собой изогнутой спиралью трубкой. Андерс замачивал зерно в большой фляге, добавлял туда дрожжей, оно разбухало и начинало издавать тошнотворный запах. Из этой-то бурды мой товарищ и приготовлял спирт, используя газовую горелку, позаимствованную им из кабинета химии. Предложил и мне попробовать спирта, разбавленного водой («чистый спирт, – предостерегал Андерс, – горло обжигает»). Спирт весьма напоминал ту жидкость, какую мы пробовали из бутылки с нарисованной на стекле птицей на раскопках Саратова. Только, как мне показалось, приготовленная шведом «водка» была ещё омерзительней, меня, признаться, стошнило, как только я, побуждаемый любопытством, выпил-таки изрядную порцию «водки». Андерс засмеялся, видя мой конфуз, и рассказал, что поначалу и с ним такое бывало, а потом привык. Если привыкнуть, то сей напиток весьма интересно воздействует на мозг, появляется лёгкость и другие приятные ощущения, которых я так и не достиг, ещё несколько раз посетив «лабораторию».

А потом мне пришлось улететь на месяц в Тегеран: мой отец, Хассанпур, заболел, понадобились сложные генетические исследования для приготовления лекарства с использованием донорской крови ближайших родственников, и мне пришлось дежурить у его постели, выполняя все предписания врача. Хвала Аллаху, всё обошлось, и я вернулся в институт как раз к началу каникул. Профессор Ларсен набирал археологов, чтобы продолжить раскопки на берегу Итиля, и включил и меня в экспедицию.

Перед самым отъездом из Тегерана я накоротке повстречался с дядей Исмаилом, старшим братом отца, прилетевшим навестить болящего. Я уже было попрощался с папой, как в палату вошёл представительный мужчина в элегантном сером костюме и с порога прочитал молитву: «Ас,алу-Ллахаль-,Азима, Раббаль-,аршиль - ,азими, ан йашфийака (Прошу Аллаха Великого, Господа великого трона, чтобы Он исцелил тебя). И только тут я узнал дядю Исмаила.

Дядя Исмаил занимает какой-то большой пост при Мировом правительстве, что-то связанное с безопасностью Земли и с перспективными угрозами, коих нужно человечеству избегать. Впрочем, я не так часто встречался с ним, и точно не могу сказать, чем конкретно он занимается. В ту встречу мне только удалось вкратце рассказать о наших раскопках, о той проблеме, над которой бьётся Андерс и попросить помощи: найти информацию о «водке», потому что ни в каких информационных хранилищах о ней ничего нам не удалось отыскать. Да, я дал дяде Исмаилу мои записки, их я начал вести на раскопках, дядя попросил меня продолжать вести этот дневник, и почему-то особенно велел поподробнее разузнать у Андерса о его работах со спиртом. А на мою просьбу об информации сообщил, что он кое-чего знает, однако эта информация секретная (странно, подумал я, чего и зачем таить о химическом веществе?), но он поделится ею со мной, когда приедет к нам так скоро, как только позволит болезнь моего отца. Мне показалось, что история с Андерсом его чрезвычайно заинтересовала, в особенности тот момент, когда я рассказывал об аппарате для приготовления спирта, хотя он и не подал виду.

Возвратившись в институт, Андерса среди студентов, отъезжавших с Ларсеном, я не обнаружил. Жалко, парень он неплохой, с ним общаться интересно, ну, по каким-то причинам не поехал, я не придал тому значения. А затем работа увлекла, и я редко вспоминал о своём друге, разве что когда кому-либо удавалось найти что-то оригинальное. На этот раз повезло Дэну: в подвале откопанного здания он обнаружил залежи каких-то металлических круглых пластинок, на блестящей стороне которых чётко просматриваются бороздки. Предполагали (как выяснилось позднее, небезосновательно), что эти кругляши – хранилища информации, только как извлечь её, как считать записанное на них? – поначалу мы затруднялись с ответом. Но именно эти диски помогли мне в дальнейшем понять, что произошло за каникулы с Андерсом и попытаться помочь ему. Увы, пока излечить его не удалось, как и остановить эпидемию, вызванную той злополучной бутылкой «Рябчика», бок которой тщательно оттирал Андерс. В ней действительно сидел джин, и мой приятель вызволил его оттуда на свою голову и на беду десятков его друзей, коих он увлёк за собой.

Когда мы вернулись в институт с раскопок, узнали, что Андерс и ещё несколько студентов попали в больницу с диагнозом… В том-то и дело, что установить диагноз не удалось. Больные требовали давать им того спиртового раствора, который Андерс научился изготавливать из зерна. Выпив, они немного успокаивались, но стоило ограничить их в питье, болезнь прогрессировала. Если же дозу спирта увеличивали, организм больных приходил в полнейшее расстройство. Получался замкнутый круг: и пить – плохо, и не пить – плохо. Беда усугублялась ещё и тем, что пациенты не считали себя больными и рвались из больницы, скандалили, грозили докторам, обещая разобраться с ними. То есть вели себя как повредившиеся рассудком. Однако психиатр не находил отклонений в те моменты, когда время после приёма спиртового раствора было достаточно большим, два-три дня. А сразу же после выпивки приборы показывали такие невероятные комбинации цифр, что специалист сомневался в исправности прибора.

Словом, не зная, что предпринять, врачи не выписывали больных и продолжали вести наблюдение. Попробовали было лишить непонятных пациентов спирта на долгое время, однако им это не удалось: спиртовая жидкость каким-то образом появлялась в палатах. Выяснилось, что её приносили сторонники Андерса, остававшиеся «на воле». Когда их ловили с поличным, то оказывалось, что и они больны тем же недугом, их тоже изолировали от общества, с чем бедолаги решительно не соглашались, объявляя, что учёные специально скрывают от народа правду. А она, по их мнению, заключалась в том, что «русские были не дураки, раз изобрели такую изумительную штуку!» Глаза их при этом блестели и они готовы были до хрипоты отстаивать своё мнение. Общение врача с пациентами переходило в агитацию последних: выпивохи предлагали врачу бросить свои нудные исследования и отведать живительной жидкости, а заодно и им налить (в числе странных пациентов большинство было шведов, этот феномен мне потом удалось разгадать с помощь тех самых пластинок, которые нашёл Дэн).

Тогда врачи попытались объяснить бедолагам, что пьющие спиртовой раствор попали в капкан: чтобы получить удовольствие от выпитого, пьющие теряют – чего бы вы думали?! – часть мозга! Я сам присутствовал на том опыте. Согласившийся на эксперимент паренёк выпил при нас граммов двести «водки», его поместили в томограф, и на экране в увеличенном виде мы проследили путь спиртовых молекул, которые вели себя в организме, как слон в посудной лавке. Доктор Маджид комментировал увиденное:

«Под воздействием алкоголя в крови начинают  слипаться эритроциты – частички, обеспечивающие ткани организма кислородом. Сгустки насчитывают по триста-пятьсот эритроцитов, такие тромбы циркулируют в крови часа три, пока система антитромбоцитов не устранит их. Из-за тромбов к тканевым клеткам кислород уже не может поступать, возникает гипоксия – кислородное голодание тканей. Без кислорода клетки задыхаются, погибают. Вот эта-то массовая гибель клеток (прежде всего – в мозгу) и вызывает веселье. Получается жуткая закономерность: хочешь «побалдеть» от спирта – отправляй на тот свет тысячи, миллионы своих клеток.

Гипоксия вызывается склеиванием эритроцитов и образованием тромбов в мелких сосудах. Значит, чтобы почувствовать удовольствие от выпитого, надо обязательно вызвать тромбоз сосудов. А тромбоз – это всегда отмирание каких-то тканей.

– Что же получается? – спросил я, – какая-то часть тела отмирает, а человеку от этого весело? И почему они, – я кивнул на смотрящих на экран пациентов, – до сих пор не разрушились?

– Наш организм изначально обладает десятикратным запасом капилляров, то есть у двадцатилетних ребят функционирует лишь десятая часть капилляров. Если они будут продолжать потребление спирта и дальше, то истратят запас капилляров, рассчитанный на полтора века, уже к тридцати годам. А потеря капилляров ведёт за собой болезни желудка, печени, сердца и т.д.

– Это что же, каждый день отмирают миллионы клеток в мозгу? – раздался возмущённый голос Андерса. – Не верю! Если бы так было на самом деле, то у меня в черепушке, – швед постучал костяшкам пальцев по макушке, – было бы целое кладбище этих мёртвых клеток. Просто доктору Маджиду завидно, что не ему в голову пришла мысль возобновить напиток древних людей…

– Было бы чему завидовать, – пренебрежительно парировал выпад Маджид (вероятно, вспомнив поговорку: «На больных не обижаются»). – А что касается до кладбища клеток, то природа позаботилась и о таком случае, выражаясь языком технарей, «поставила защиту от дурака». Вот ты нам, Андерс, скажи честно: по утрам голова у тебя побаливает? И чтобы облегчить свою участь, ты пьёшь много воды?

– Не то слово! Если много спирта выпьешь – просто трещит! А вода – да, выпьешь, сразу полегчает, – простодушно признался Андерс, вопросительно уставившись на врача: к чему он клонит? А Маджид не заставил себя ждать с ответом:

– Наблюдая за вами, я пришёл вот к какому выводу. Погибшие в мозгу клетки мозг умеет удалять! Не будь этого механизма, мёртвые клетки отравили бы организм и человек умер бы. Как происходит чистка мозга? В коре головного мозга создаётся повышенное давление за счёт усиления притока жидкости – воды. Вода и вымывает мёртвые клетки, они с кровотоком попадают в почки, а оттуда – сами знаете куда… Так что ты, Андерс, после приёма алкоголя, извини, мочишься своими собственными мозгами!

Дружный хохот так обидел Андерса, что тот пулей вылетел за дверь, хлопнув створками.

Я полагал, что эта демонстрация, поднявшая на смех зачинщика странной болезни, отобьёт охоту к выпивкам, но не тут-то было. Учёные столкнулись с феноменом: даже зная, отчего им становится весело, больные по-прежнему требовали давать им «водку». Я не стал разгадывать загадку, а прямо спросил Андерса, почему его не убедили исследования доктора Маджида. «Жулик твой доктор!» – безапелляционно заявил Андерс, а когда я потребовал объяснений, понёс такую ахинею! Дескать, никакого исследования не было, а нам подсунули красивую картинку, и он, Андерс, может ещё не такое изобразить на экране…

Я передал наш разговор  Маджиду. Его озадачило не то чтобы поведение Андерса, – с тех пор, как швед увлёкся «водкой», у того возникли неполадки с психикой, – а сам аргумент: действительно, при желании можно на экран вывести всё, чего пожелаешь. Но как доказать свою правоту? Доктор несколько дней ходил сам не свой, его мучила невозможность опровергнуть бредовое, на мой взгляд, заявление Андерса. Я пытался успокоить доктора, мол, на больных не обижаются, однако его задело за живое, и он не успокоится, пока не придумает, как доказать свою правоту. И он придумал!

Снова собрали всех в просторной лаборатории, напичканной всевозможной техникой, но Маджид не стал включать ни один из агрегатов, а усадил за стол перед обыкновенным микроскопом Андерса и предложил тому проделать простейший опыт, из разряда школярских: сделать тончайший срез арбуза и взглянуть в окуляр. И когда Андерс, оторвав взгляд от микроскопа, недоумённо посмотрел на доктора, тот спросил: «Это тоже компьютерная картинка?» – «Нет, в микроскопе мощные линзы, они стократно увеличивают предмет исследования». – «Отлично! – сказал Маджид. – Теперь мы сделаем вот что: кто-нибудь, – доктор повернулся к собравшимся, – выпьет стакан спиртового раствора, и мы через некоторое время, когда спирт проникнет в кровь, заглянем ему в капилляр глаза через микроскоп».

То, что мы, подходя по очереди к микроскопу, увидели, один в один повторяло ту картинку из первого исследования: красные кровяные тельца – эритроциты – слипались в большой ком и закупоривали узкий проток капилляра. Андерс было попробовал попытать доктора, как тому удалось и здесь провести фокус, однако незадачливого шутника самого подняли на смех: картина была очевидной и не сомневаться в увиденном не приходилось.

– Почему же кровяные тельца, эритроциты, слипаются? – этот вопрос я задал Мажиду. Он прочитал мне небольшую лекцию, суть этого явления в том, что в крови происходит не химическая реакция, а… облучение радиацией. «Ты знаешь, радиоактивный газ, выдавливаясь из земных недр, скапливается в атмосфере, – начал доктор издалека. – Обычно в помещении содержится две-четыре сотни беккерелей радона в кубометре воздуха. Альвеолы лёгких имеют в толщину всего два слоя клеток. Через такую тонкую мембрану легко проникают многие газы. Но по организму разносятся только те, которые растворяются в крови, например, кислород. А радон не растворяется в крови…

– При чём же здесь радиация? – не понял я.

– Погоди, не спеши, – мягко улыбнулся Маджид. – Не растворяется, если в крови нет спирта. На «хребте» спирта радон проникает в разные органы и повреждает их губительным излучением. Особенно достаётся нежным клеткам головного мозга. Когда в нём происходит радиоактивный распад ядра радона, излучается альфа-частица, которая летит с огромной скоростью и повреждает на своём пути сотни тысяч атомов, превращая их в ионы. Распадающихся ядер очень много. Их излучение превращает огромное количество нейтральных атомов в заряженные. Эти лишние электрические заряды нарушают проходимость сигналов в центральной нервной системе – вот это-то и воспринимается как удовольствие от опьянения. Радиоактивное излучение повреждает не только атомы, но и клетки нашего тела, например, эритроциты. Эти красные кровяные тельца имеют одинаковые заряды и по законам электродинамики отталкиваются друг от друга, и это позволяет им свободно проходить по сосудам. Но летящая с огромной скоростью альфа-частица срывает с эритроцитов электроны и лишает их зарядов. Эритроциты перестают отталкиваться и начинают слипаться. Так образуются тромбы в кровеносных сосудах. К такому заключению я пришёл, анализируя данные опытов, которые проводят над собой наши пациенты, употребляя спиртовую жидкость, и если они не прекратят потребление «водки», то очень скоро их мозг сморщится и рассыплется на атомы… Теперь ты понял, – обратился доктор к Андерсу, – в каких опасных экспериментах вы участвуете? – Мажид обвёл взором притихшую аудиторию, переваривавшую услышанное.

Ну, думал я, теперь-то Андерс признает своё поражение. Не тут-то было! Он просто-напросто забыл о блестяще проведённом опыте Маджида и по-прежнему требовал свою порцию «водки». И опять пациенты поверили Андерсу, а не доктору Маджиду. Удивительная сила заключается в «водке», она, эта сила, отключает мозги и заставляет белое принимать за чёрное, а чёрное – за белое. Возникает какая-то бесшабашность, притупляется чувство опасности, а рассудочность уступает место прихоти: хочу и буду. Эти выводы я сделал, наблюдая за поведением Андерса и его товарищей по несчастью, которые по-прежнему находились в больнице под наблюдением врачей. Докторам  не удавалось прервать непонятную даже самим больным тягу к спирту. «Знаешь, – признавался мне Андерс, – и не хочу пить, а пью, как будто кто тянет за руку…»

Я, конечно же, не мог оставить в беде друга и решил сам разобраться в проблеме. Правда, мой пыл охладил такой факт: нигде не мог найти информацию о загадочной болезни, ни в новейших энциклопедиях, ни в медицинских учебниках, ни в древних трактатах. А дядя Исмаил всё не ехал (у меня не выходила из памяти его фраза о том, что он кое-чего знает, но это – секрет. Какую тайну откроет нам дядя Исмаил?).  «Друг мой, – подливал масла в огонь и Маджид, – и мне тоже хочется докопаться до сути этой болезни, но и я не могу отыскать пути к исцелению этих несчастных помешавшихся». – «Вы думаете, они сошли с ума?» – ужаснулся я. – «Полагаю, что да. Только ни под какую классификацию этот случай не подходит, а нет диагноза – неведомы  и пути излечения».


ДИАГНОЗ СТАВИТ ГАЗЕТА «ВОПРЕКИ»

 

В общем, мы с доктором договорились искать выход вместе, хотя Маджид откровенно заявил, что ждать от меня подсказки не приходится: у меня же нет медицинского образования. И напрасно он так думал. Именно мне удалось уцепиться за ниточку, выведшую нас на раскрытие тайны «Рябчика», как мы окрестили феномен пристрастия к спирту.

Началось всё с того, что Дэн Ливей похвастался своим открытием на раскопках – тех самых металлических дисков. Они так и остались бы ненужным хламом, если бы археологам не попалась и та установка, которая позволила считать записанное на дисках. Наши умельцы с Технического института смогли разобраться в древней технике, кое-чего доделать из утраченного со временем, понять принцип действия машинки, которую люди ХVI века хиджры (а именно этому столетию принадлежали диски, как свидетельствовала записанная на них информация) называли компьютером (что означает это слово, мне так и не удалось разгадать, хотя я довольно-таки хорошо изучил русский язык).

Из первой же пластинки, которую я вставил в аппарат и вывел записанное на ней на экран, мы узнали, что на ней запечатлелась в сжатом виде запись газеты. Как пояснил мне Акиро Танака (он у нас преподаёт информационные технологии), в старину такие пластинки вставляли в печатные машины и с них печатали на бумаге газеты. На дисках Дэна оказалась целая подборка газеты со странным названием «Вопреки» (чему или кому вопреки? – непонятно), издавалась она, естественно, в Саратове (при раскопках этого города и нашли компьютерные диски) в самом начале ХVI века (впрочем, тогда ещё на берегах той реки, где отыскали мы эти диски, летосчисление вели от Рождества пророка Исы (мир ему), в газете указывались месяц и год выхода в свет – декабрь 1998 года, январь 2007 года и т.п.). Под названием – оно было набрано крупными, энергичными буквами – шла ещё одна строка, помельче: «Газета Саратовской региональной общественной организации трезвости и здоровья». Я обращался к Индире и её коллегам, знатокам русского языка, но они все вместе так и не пришли к единому мнению, что означает слово «трезвости»: то ли это эпитет слова «здоровье», – крепкое, надёжное, совершенное здоровье, – то ли обозначает оно призыв беречь здоровье. Но как бы там ни было, а мне в моём стремлении помочь Андерсу несказанно повезло: газета «Вопреки» много писала как раз о  спиртовых жидкостях и наставляла читателей не употреблять их. Из номера в номер (а сохранилось и попало в мои руки более сотни дисков) публиковались рассказы о людях, которые не пили вина, пива (что это?), водки (ну, что это такое – мы теперь знаем!), никогда не курили табака (что это такое, я так и не понял, пока мне не разъяснил дядя Исмаил, о чём скажу позже, не забегая вперёд, а то будет не интересно). Таких людей называли «трезвенниками», словом, созвучным со словом «трезвость», из чего я сделал предположение: трезвость – это жизнь без употребления всех тех возбуждающих веществ, которые совсем не нужны человеку. Только, как я понял, тогда, в начале ХVI века, большинство людей придерживалось другой точки зрения и употребляло эти самые вещества. Зачем? Если бы не случай с Андерсом и его товарищами по несчастью, то мне нелегко было бы ответить на этот вопрос. Теперь же я думаю, что спиртовая жидкость включает в организме механизм, который меняет биохимию человека и он накрепко привязывается к этой жидкости. Вот и Андерс мне признался, что это не он, а как бы кто-то извне подталкивает его к тому, что русские (и это я прочитал в газете «Вопреки») называли пьянством. Причём биохимия у разных народов, оказывается, разная! И эта несхожесть записана на уровне генов.

 В самом начале моего чтения, во втором уже диске (на нём записан номер газеты за апрель 1998 года), мне встретилась заметка Вадима Гончарова «Загадочный алкоголь», в ней автор сравнивает воздействие алкоголя на европейцев и жителей Азии и объясняет, почему от спирта больше страдают именно европейцы.

«У большинства европейцев имеется ген, благодаря которому в организме вырабатывается особый фермент – ацетальдегид дегидрогеназа. При отсутствии действующей копии этого гена человек быстрее пьянеет и медленнее трезвеет, после выпивки краснеет, его чаще тошнит. Всё это и наблюдается у жителей Восточной Азии (вот почему меня тошнило, когда я пробовал «Рябчика!» – примечание моё, Хасана Хазаи).

Отсутствие этого гена у азиатов предопределило их социальный выбор, а, с другой стороны, выбор европейцев мог провести генетическую селекцию, то есть те, кто не мог иметь дела с алкоголем, попросту  вымерли. Так что столь сложное психологическое, социальное и культурное явление сводится к простой биохимии. Однако эта биохимия может в результате дать нам, наконец, и способ лечения людей, для которых употребление алкоголя стало болезнью (а любое употребление этого наркотика (что это за слово? – Хасан Хазаи) – болезнь!).

Алкоголь не отличается от других наркотических средств. Однако никотин, героин, кокаин и большинство других веществ (наверное, Гончаров перечислял разновидности спиртовых веществ – примечание моё, Хасана Хазаи), изменяющих наше душевное состояние, резко специфичны по своему химическому воздействию. Они нарушают работу какого-либо отдельного нейропередатчика, одного из примерно 60 химических посланцев, с помощью которых нервные клетки разговаривают друг с другом. Различные нейропередатчики проходят по различным цепочкам в мозгу, вот почему различные наркотики имеют предсказуемые эффекты. Алкоголь же, по-видимому, нарушает целую сеть цепочек: по данным различных исследований, он взаимодействует с такими нейропередатчиками, как глутамин, допамин, серотонин, эндорфины и многие другие. Такой массивный химический удар вызывает и целую серию эффектов, наблюдающихся при опьянении. Некоторые из них приятны, другие – отвратительны.

Известно, что алкоголь имеет и длительно действующие эффекты. Регулярно пьющим требуется всё больше и больше алкоголя, возникают запои, психозы, белая горячка, наркоманы-пьяницы страдают от симптомов привыкания. Причина этих явлений, по-видимому, находятся глубоко в клетках и не связаны с рецепторами на их поверхности, которые, скорее всего, отвечают за краткосрочные эффекты этого наркотика. Алкоголь, вероятно, может проникать в ядра клеток и нарушать работу «переключателей», управляющих генами».

В другой заметке прямо говорится, что северные народы более подвержены разрушению алкоголем, чем южане, и хотя здесь много терминов, приведу цитату, как она дана в газете:

«Фермент алкогольдегидрогеназа (АДГ), превращающий алкоголь в ещё более токсическое вещество – ацетальдегид, кодируется в хромосомах в пяти локусах. Фермент альдегидегидрогеназа (АлДГ), превращающий ацетальдегид в нетоксические вещества, кодируется в трёх локусах, расположение которых в хромосоме известно.  Недостаточности АлДГ среди европейцев и египтян не обнаружено, среди китайцев недостаточность АлДГ составляет 35 процентов, среди японцев 44 процента, среди вьетнамцев 57 процентов. Получается так, как будто этот процент населения всё время принимает антабус (тетурам), т.е. природа в этих популяциях сама препятствует алкоголизации».

Сей научный опус оказался труден для моего понимания, и я обратился к доктору Маджиду.

– Что ж тут непонятного? – растолковал мне эту латынь Маджид. – Попросту говоря, шведы, очевидно, природой не были застрахованы, и, как показывает Андерс и его соотечественники, которых мы выпаиваем спиртовой жидкостью и не знаем, как отвадить от неё, – предрасположены стать пьяницами: у них нет встроенного в организм барьера, как у нас, южан, как у китайцев или японцев.

– Почему же тогда шведы не разделили участи других европейцев (подозреваю, что все европейские народы, чьи мёртвые языки изучают современные филологи, пострадали от алкоголя)? – спросил я у доктора, но он только руками развёл: «Медицина тут бессильна, поищи ответ в архивах, что там случилось и как шведы уцелели…

 И я нашёл ответ, но не в архиве, а всё в той же газете «Вопреки. Если кратко: правительство строго следило за тем, чтобы шведы не пили спирт. А если поподробнее – познакомьтесь со статьёй автора газеты «Вопреки» Владимира Георгиевича Жданова, который всё это видел собственными глазами во время путешествия по Скандинавии в октябре 2003 года.

«Сравнительно недавно мне и моим соратникам посчастливилось принять участие во всемирном конгрессе Международной организации «Гуманизма и трезвости». Мы, большая делегация, 32 человека от Белоруссии, Украины и России, на автобусе приехали в Швецию, но на день раньше и решили пройтись по магазинам, посмотреть, чем шведов кормят, поят. В центре города стоит гигантский магазин, мы ходили по нему три часа. В этом магазине есть всё, единственное, чего нет – пива, водки, сигарет (я подумал: теперь понятно, почему в Европе остались одни шведы. Где немцы, французы, голландцы, англичане, испанцы, итальянцы и прочие, некогда жившие тут? Их смыло алкогольной волной. Как позже заметит мой дядя Исмаил, они канули в Лету, а в той реке мёртвых была не вода, а водка – примечание моё, Хасана Хазаи).

Для нас после пьяного Санкт-Петербурга это было настолько дико, что мы спросили у продавца, есть ли пиво. Она, испугавшись, ответила, что нет. Зашли во второй, третий, пятый магазины: нет нигде алкоголя. Тогда я спросил у сопровождавшего нас: «У вас что – сухой закон?» Он ответил, что пока нет, за городом есть магазин, который торгует три часа, и все алкоголики со всей области ездят туда и отовариваются. Но продают по паспорту, данные вносятся в компьютер, и они автоматически передаются в полицейский участок по месту жительства. В этом магазине бутылка водки стоит 24 доллара, а пачка сигарет – 8 долларов. Первая страна в Европе, где мы увидели, что к людям, употребляющим алкоголь и табак, относятся как к больным и сумасшедшим: они себе и окружающим вред наносят, и ещё деньги такие бешеные за это платят».

Воистину, иначе, как сумасшествием это не назовёшь! Я читал газету и заметил, что из номера в номер рассказывалось о людях, которые оставались трезвыми несмотря на то, что нормой считалось, если человек пьёт и курит. Причём законы писали, вероятно, тоже не совсем психически нормальные люди, во всяком случае, с логикой у них было не совсем. К примеру, пьяным не разрешалось управлять автомобилем, считалось, что нетрезвый может запросто наехать на пешехода или врезаться в другие машины. А вот управлять коллективами нетрезвым доверялось. У них были особые дни, и случались они часто, когда все сотрудники фирмы собирались за одним столом и распивали алкоголь, и начальник смотрел, чтобы пили все, а если кто не хотел – на таких глядели с подозрением, уж не замышляет ли он чего против коллектива или руководителя? Да что там коллективы фирм – даже страны возглавляли люди, которым врачи ставили диагноз «алкоголизм». Немудрено, что такие управленцы довели свои народы до крушения!

 «В этом городе мы жили восемь дней, – завершает свои воспоминания Жданов, –  за это время я не увидел ни одного полицейского в форме, ни одной конфликтной ситуации. Круглые сутки на улице стоят велосипеды, коляски, открытые машины. Нет ни у кого даже мысли что-либо украсть, исковеркать. Трезвые люди совесть не пропили».

Хороший репортаж: всё ясно и видно как на ладони. Однако в газете встречались статьи сугубо научные, изобилующие медицинскими терминами, вроде заметки о ферменте алкогольдегидрогеназы. Я не силён в биологии, и потому пригласил для просмотра газеты доктора Маджида: и ему было интересно сравнить свои исследования с данными науки прошлых веков, а попутно он растолковывал мне непонятные места, вроде вот этих строк: «Алкоголь легко проникает внутрь клеток, в том числе половых, оказывая существенное влияние на структуру носителя наследственной информации – молекулы ДНК. Через час после приёма ста граммов алкоголя треть ДНК мужчины получают нарушения в генетической структуре. Вот почему раньше на свадьбах не принято было подносить и угощать спиртным молодых. Дети, рождённые от пьющих родителей, имеют значительные нарушения нервной системы, а их устойчивость к алкоголю много ниже, чем у нормальных здоровых детей, и это сохраняется на всю жизнь. Каждое следующее поколение имеет всё более ярко выраженные генетические нарушения, включая бесплодие, а пятого поколения уже не бывает». Доктор Маджид сказал, что  этот закон генетики был открыт давно, он касается любых ядов, случайно попадающих в организм, но так как алкоголя на планете давным-давно нет, то его и не учитывали в своих исследованиях современные биологи, и он, Маджид, первым включил спиртовые жидкости в перечень веществ, опасных для репродуктивного здоровья. Ему надо проверить свою догадку, что алкоголь гораздо опаснее для женского организма, чем для мужского.

Маджид стал развивать свою мысль как раз в тот момент, когда я раскрыл диск со статьёй, в которой подтверждалась его догадка! «Доктор Маджид, прочитайте, что тут пишут, – воскликнул я, поражённый совпадением: словно кто-то свыше подсказывал нам, в каком направлении вести поиск, а доктор стал читать вслух:

«Повреждающее действие алкоголя на женский организм в 250 раз сильнее, чем на мужской. Это объясняется постоянным количеством женских половых клеток, которое закладывается при рождении и не обновляется до смерти. При каждом потреблении алкоголя получившие генетическое повреждение женские половые клетки остаются повреждёнными до конца жизни, и с каждым приёмом алкоголя количество таких повреждённых клеток увеличивается».

– Доктор, а что значит «генетическое повреждение женской половой клетки»?

– Попросту говоря, из такой повреждённой клетки разовьётся больной ребёнок. У него могут быть как физические недостатки – больное сердце или печень, – так и психические отклонения.

Много ещё интересной информации почерпнули мы с Маджидом из того увлекательного чтения. К примеру, мне стало понятно, почему мы с Дэном не смогли разбудить Андерса, когда он впервые выпил «Рябчика» на раскопках: он вовсе не спал, а был в коме! Кома – это состояние между жизнью и смертью, и не подоспей вовремя врачи, Андерс мог бы погибнуть! Механизм такого «смертельного сна» описан в заметке «Человек, «пропустивший» рюмку, – что-то вроде большого синяка», опубликованной в газете в ноябре 1996 года:

«Известно, что проведение нервных импульсов осуществляется при посредстве определённых веществ – медиаторов. В опытах на животных было установлено, что содержание в мозге одного из медиаторов – порадреналина – снижается почти вдвое. Оказалось, что в ходе развития алкоголизма подавляется выделение медиатора возбуждения и увеличивается концентрация медиатора торможения. Это имеет место и в состоянии алкогольного опьянения и является непосредственной причиной депрессивного действия алкоголя и потери сознания при глубоком алкогольном отравлении. Заметим, что «сон», наступающий в результате сильного опьянения, это не сон в обычном физиологическом смысле. Это – именно потеря сознания вследствие нейрохимических нарушений, вызванных алкогольной гипоксией мозга – алкогольная кома.

Состояние возбуждения – эйфорию, возникающее при приёме спиртных изделий, многие исследователи приписывают всё той же гипоксии. Для определённой стадии кислородного голодания всегда характерно состояние возбуждения. Напомним трагическую историю аэростата «Зенит», разыгравшуюся более ста лет тому назад, 15 апреля 1875 года. Экипаж аэростата состоял из трёх человек. На высоте семи километров командир экипажа Тиссандье посоветовался со спутниками, продолжать ли подъём. Они согласились. Тиссандье сбросил несколько мешков с песком, аэростат быстро заскользил вверх. Самочувствие у всех было приподнятое, радостное. «Мне никогда не было так хорошо, – рассказывал потом Тиссандье. – Я ощущал, что погружаюсь в сон: лёгкий, приятный, без сновидений». В последний момент необычность ощущений всё-таки обеспокоила опытного аэронавта, уже теряя сознание, он открыл клапан своего кислородного прибора.

Очнулся Тиссандье через час с головной болью. ОН попытался двинуться. Тело не подчинилось ему, он с трудом поднял руку. С громадными усилиями он добрался до своих спутников, оба были без сознания, на безжизненно белых лицах застыла странная улыбка. Кислородные приборы были не тронуты. Эта застывшая радость повергла в ужас даже смелого аэронавта Тиссандье. Ему всё-таки удалось посадить аэростат. Энергичные меры врачей спасли ему жизнь. Остальные двое участников полёта погибли, не приходя в сознание.

Интересно, что сам человек обычно не замечает нарушений нормальной деятельности организма, вызванных высотой. Более того, чем слабее становится сознание, тем спокойнее, увереннее он себя чувствует. Если ему сказать, что он плохо соображает, он будет утверждать противное.

Мы видим, что состояние при кислородном голодании очень напоминает алкогольное опьянение. Та же переоценка своих сил («море по колено»), то же радостное, возбуждённое состояние, та же неспособность критически оценивать свои действия. Всё так же, только гипоксия алкогольного происхождения вызвана не недостатком кислорода в воздухе, а затруднением его доставки к клеткам тканей в результате нарушения кровообращения. Итак, веселье связано с приёмом алкоголя и имеет в основе гипоксию. А гипоксия, в том случае, обусловлена склеиванием эритроцитов и образованием тромбов в мелких сосудах. Значит, чтобы почувствовать удовольствие от выпитого, надо обязательно вызвать тромбоз сосудов. А тромбоз сосудов – это всегда отмирание каких-то тканей. Мы приходим, таким образом, к важному выводу, что безвредных доз алкоголя нет в принципе. Если бы такая доля даже и существовала, то она никого не заинтересовала бы, потому что никаких веселящих действий с ней не было бы связано».

Доктор Маджид был благодарен мне, что я позвал его перелистать газету. «Хасан, я понял, почему мои пациенты не хотят меня слушать, почему втолковать им ничего нельзя: они переродились, стали иными, не как люди! Это кошмар!»

– Что вы имеете в виду? – его слова напугали меня. – Это вы образно говорите: стали другими?

– Если бы! Как бы я хотел ошибиться! Но вот посмотри, что пишут учёные тех далёких лет, которые пытались предотвратить катастрофу:

«Как  наркотик алкоголь вызывает привыкание к нему. В теле здорового и не употребляющего алкоголь человека постоянно присутствует около  двух десятых миллилитра спирта, так называемого эндогенного (вырабатываемого внутри за счёт обменных процессов) этанола. Он используется организмом для управления различными биохимическими процессами. Снижение его количества вызывает стрессовые состояния. Алкоголь быстро всасывается в кровь, легко проникает  в клетки нашего тела, изменяя идущие там биохимические процессы. При приёме тридцати миллилитров, то есть граммов, виски (в них содержится десять граммов спирта) количество алкоголя в крови сразу увеличивается в пятьдесят раз!

Столь резкий скачок концентрации алкоголя приводит системы регулирования, отвечающие за поддержание стабильности химических параметров внутренней среды организма, в аварийное состояние. Организм вынужден бросать на восстановление равновесия свои резервы часто за счёт нарушения обменных процессов в различных органах нашего тела, что и является причиной их будущих заболеваний. Субъективно  это ощущается как некоторое приятное возбуждение, эйфория. Приём алкоголя для организма подобен реакции муравейника в ясный солнечный день, в котором шла размеренная и упорядоченная жизнь, пока в него кто-то не вонзил палку. Это сразу переводит муравейник в возбуждённый режим. Муравьи решительно бросаются на восстановление своего повреждённого дома. Исследования показывают, что в нашем теле нет органа, который не страдал бы от употребления алкоголя.

При достаточно частом его употреблении в организме прекращается производство эндогенного этанола и возрастает выработка веществ, способных нейтрализовать действие алкоголя. В этом случае при прекращении приёма спиртного возникает желание его принять, которое может иметь скрытый характер, например, провести вечер в компании друзей за бутылкой, казалось бы, безобидного сухого вина. Удовлетворение этого желания вновь запускает порочный круг с постепенным наращиванием количества выпитого и привыкания к нему.

На начальном этапе организм через отравление, рвоту, головные боли пытается показать своему хозяину возникшую опасность. Если этим пренебречь, то защитные механизмы угасают и возникает ложное представление, что всё хорошо и приятно. Организм выключает механизмы защиты».

– И что, теперь наши студенты обречены? – спросил я Маджида, надеясь услышать что-нибудь обнадёживающее, ведь всё-таки сейчас, хвала Аллаху, не ХVI, а ХХVI век, и наши учёные найдут противоядие и против той напасти, с которой не справились угасшие народы. И я не ошибся. «Полагаю, что мы им поможем. – заверил меня Маджид. –  Да и резервы человека поистине неисчерпаемы».


НЕСГОВОРЧИВЫЙ «РЯБЧИК»

 

Читая дальше научные сообщения о физиологии, о действии алкоголя на организм, я находил подтверждение уверенности Маджида и поражался, как мудро устроен человек и насколько пренебрегали законами природы те непонятные нам народы, которые исчезли с лица земли. Казалось бы, после того, как человеку объяснят, как действует спирт на внутренние органы и на мозг, человек должен навсегда отказаться от спирта, однако, и это мы наблюдаем ныне в больнице у Маджида, слова не действуют. Представляю, как читали статью гастроэнтеролога Петра Григорьева далёкие читатели газеты «Вопреки», читали и усмехались, ну прямо как Андерс, уверенный, что на него не действуют законы природы. Той природы, которая не знает ошибок. Это я уже начал цитировать профессора Григорьева. Итак, доктор Григорьев предупреждал: «Природа снабдила наш организм такими системами защиты, которые оберегают его от вредных веществ. Возьмём, к примеру, пищеварение. Пища задерживается в желудке человека полтора-два часа. За это время она проходит там такую подготовку к дальнейшему пути, такую обработку, какая даже не снилась никакому химкомбинату. Вот где химия так химия! Ваш разжёванный и пропитанный слюной бифштекс никогда дальше желудка не двинется, пока не подвергнется полной стерилизации! Там идёт даже дезактивация. Соляная кислота – блестящий дезактиватор.

Впрочем, самое любопытное начинается потом, когда пища покидает желудок и пускается в дальнейший путь по многометровому кишечному тракту. Стенки кишечника выстланы защитным слоем вещества, надёжно защищающего организм от проникновения в него чего бы то ни было чужеродного, вредоносного. Сюда же поступают панкреатический сок, желчь, различные ферменты, секреты – в огромном количестве. Чтобы в кровь попало нечто чужеродное, нужно, чтобы мы такого вещества поглотили тонны. Исключение составляют только яды и сильнодействующие отравляющие вещества. Но от ядов мы всячески оберегаемся, кроме одного мощнейшего яда – алкоголя. Его мы, к сожалению, ядом не считаем. Между тем именно алкоголь растворяет защитный жировой слой мембраны и проникает почти беспрепятственно в кровь. Вслед за ним в кровь проникнуть может всё, что угодно».

Поразительно, но на советы врачей люди просто плевали. Часто это заканчивалось трагически. Так, в январе 2004 года (1425 год хиджры, чтобы было понятно современному читателю) в Урюпинске (видимо, название населённого пункта) прошёл чемпионат района среди выпивох: всем  желающим предложили посоревноваться в поглощении водки, победителя ждал приз – ящик водки. «Чемпионат» закончился трагедией: победитель скончался от опоя, другие призёры попали в реанимацию, и только умение врачей спасло им жизнь. Оказалось, что урюпинское ристалище – не трагикурьёзный случай, а часть всероссийского чемпионата. В московском ресторане «Петров-Водкин» собрались 11 победителей местных конкурсов, чтобы померяться глупостью: борцам предложили конкурс «Трезвая рука – друг иголки»: после каждой 50-граммовой стопки каждый должен был вдевать нитку в иголку, не сумевший – сходил с дистанции. Приз – 1200 долларов. Итог борьбы – один труп и четыре комы. «Победитель», выпивший больше литра водки, 26-летний бизнесмен Сергей Тимофеевич Борисов из Брянска, приза так и не получил: он скончался в гостинице, куда бесчувственное тело доставили организаторы турнира.

Почему же власти разрешали подобные развлечения. Для меня это остаётся загадкой, видимо, правители преследовали какие-то свои цели, ведь политика – дело загадочное. Были, впрочем, чиновники, которые пытались предпринимать меры по образумлению сограждан, стремились поддерживать разумных людей, а не идиотов. В том же январе 2004 года, когда проходил чемпионат по потреблению алкоголя, первый заместитель министра здравоохранения, главный государственный санитарный врач России, доктор медицинских наук, академик РАМН, профессор Геннадий Григорьевич Онищенко на страницах газеты «Вопреки» предлагал остановиться: «Неуклонно растущая на протяжении многих лет алкоголизация населения приобрела к началу ХХI века характер масштабного бедствия для России. Массовое распространение пьянства и алкоголизма отныне выступает фактором, серьёзно ограничивающим возможности общества обеспечивать реализацию прав граждан на жизнь и безопасность, получение соответствующего воспитания, образования и необходимой для достойной жизни профессии, защиту их от преступных посягательств, морального насилия и издевательств со стороны неуклонно увеличивающегося количества лиц, злоупотребляющих алкоголем, и т.д. Назрела настоятельная необходимость радикального изменения отношения государства к проблемам алкоголизации населения, разработки Государственной целевой программы, реализация которой позволила бы ослабить остроту алкогольной ситуации в стране и уменьшить её негативные последствия».


СЕНСАЦИОННОЕ ОТКРЫТИЕ: РУССКИЕ – ПЕРВЫЕ В КОСМОСЕ!

 

Теперь мы знаем, что голос здравомыслящих людей не услышали. Как не вняли совету поэта Олега Николаевича Молоткова, он часто публиковал свои сатирические строки в газете «Вопреки». Одно из его стихотворений – «В двадцать первом веке» – мне особенно понравилось. Написал он его ещё в веке ХХ, в 1982 году (в самом начале ХVI века хиджры), представляя, как будут жить русские через сто лет и предпослав поэтическому посланию в будущее такой эпиграф

«Мои недруги объясняли безумие пьянством, вместо того, чтобы объяснять пьянство безумием…» Эдгар ПО (1809 – 1849)

 

В ХХI веке

 

Будут в ХХI веке,

Скажем твёрдо, без гаданья,

Сплошь молочные все реки,

Никаких проблем питанья.

 

Никаких проблем жилища!

Вместо книжек – микроплёнки!

Синтетическая пища!

Электронные пелёнки!

 

Где трамвай? Автобус, где ты?

Но стартуют, завывая,

Межпланетные ракеты

Вместо нашего трамвая.

 

Видеомагнитофоны,

С термостатами рубахи,

А на нашу душу стоны

И трагические «ахи».

 

Открывая с соком банки,

Нас увидят на экране,

Самоходки, бомбы, танки

И тела на поле брани,

Сталь разбитую орудий…

Скажут, плотно пообедав,

Что в ХХ веке люди

Были хуже людоедов.

 

И, конечно, нас осудят,

И над нами посмеются…

Так, наверное, и будет,

Если только не сопьются.

 

Я полагал, что поэт, упоминая о стартующих ракетах, предвидел уже недалёкие времена, когда Ван Ливей полетит в космос и наступит космическая эра. Однако, вы не поверите! Он говорил о прошедших годах! Знаете, кто первым полетел в космос?! Дэн, теперь ты не будешь задаваться! Первыми в космосе были – русские! И вот откуда я узнал эти достоверные сведения (в газете о том писали обыденно, как о факте всем известном, что убеждает больше всего: не полагал же неведомый мне автор, что эта весть так изумит меня!). Изучая газету «Вопреки», я обратил внимание, что при Саратовском обществе трезвости была создана детская организация, педагоги воспитывали у школьников такие качества, как смелость, мужество, стойкость (как это похоже на нашу систему воспитания!), учили их жить на природе, а чтобы дети не подозревали, что их «воспитывают», весь педагогический процесс облекали в игровые формы. Описание одной из таких игр и позволило сделать мне сенсационное открытие. В номере от 27 февраля 2009 года сразу же бросился в глаза подзаголовок статьи «Космический причал»: «В 2009 году, в год 75-летия первого космонавта Юрия Алексеевича Гагарина, саратовские скауты  пройдут по историческим местам космической славы нашей страны». Оказывается, вовсе не китайцы, а русские первыми побывали в космосе! Ещё 12 апреля 1961 года, почти за полвека до полёта Вань Ливея, на орбиту Земли они вывели космический корабль с человеком на борту, имя первого космонавта – Юрий Алексеевич Гагарин. Скауты – так назывались дети, объединившиеся в организацию при обществе трезвости, – во время летних каникул искали место приземления первого космонавта, который после своего полёта приземлился не где-нибудь, а неподалёку от того места, где мы вели раскопки в позапрошлом году, исследуя древний город Саратов. В нём-то, в том Саратове, и жил Гагарин до своего полёта в космос.

Странный всё-таки был этот народ. Читаю газету дальше. Статья «Фермер Касым или космонавт Гагарин». Ещё были живы свидетели полёта Гагарина, а места, связанные с его жизнью, пришли в запустение. Автор статьи, Евгений Александрович Корольков, житель села Подгорное, возмущается, что ракетный дивизион, в котором отдыхал космонавт по завершении полёта и откуда доложил своему руководству о благополучном приземлении (воистину, он в рубашке родился: летали-то тогда в консервной банке на трубе, заполненной керосином!), обветшал от старости, и вместо того, чтобы устроить в нём музей и воспитывать подрастающие поколения на примере мужественного соотечественника, землю продали некоему фермеру Касыму, и исторические строения дивизиона сровняли с землёй! Наверное, никому и в голову не пришло  хранить скафандр космонавта, как это делают потомки Ван Ливея.

Интересно, почему же человечество забыло такой удивительный народ, как русские? Всё-таки мощная у них была цивилизация, если они придумали пусть и такой несовершенный способ полёта, как реактивное движение, но всё же… Китайцы же тоже не на светолётах прокладывали путь во вселенную… Значит, эти русские не только водку пили, но и… Жалко, что о русских мы знаем так мало, и мне повезло, что меня включили в состав археологической экспедиции, я надеюсь узнать об их цивилизации побольше.


ОТКРОВЕНИЯ  ДЯДИ ИСМАИЛА

 

Однако самые невероятные факты из жизни древнего народа узнал я не на раскопках, а от своего дяди Исмаила. Он наконец-то смог навестить меня, вернее, привели его на берега Итиля не столько родственные чувства, сколько катавасия с Андерсом и с его алкогольными друзьями. Вся эта история, оказывается, представляет  большую угрозу для безопасности планеты, и прямая обязанность дяди Исмаила – разобраться в ситуации и принять меры. Всё, что я здесь пишу – тайна, не подлежащая разглашению, и если я так свободно рассказываю здесь о случившемся, то только потому, что дядя Исмаил попросил изложить на бумаге: мой дневник он использует для своего отчёта о командировке, и он осядет в архивах его ведомства, призванного беречь покой землян. Я горд, что прикоснулся к тайне, которую никогда не разглашу. Не потому, что я такой верный данному мной слову, хотя, полагаю, что не выдам секрета и под пыткой. Дядя сказал, что в их ведомстве, когда он пересказал сообщённое мною о находке «Рябчика» и последующих приключениях Андерса и его друзей по несчастью, приняли решение ликвидировать последствия этого чрезвычайного происшествия (то, что это действительно ЧП, вы поймёте из моего дальнейшего рассказа, вернее, пересказа любопытнейшей истории, поведанной мне дядей Исмаилом). Что значит ликвидировать? Если бы бутылку нашли лет сто назад, тогдашнего Андерса и всю его компанию, увлечённую спиртом, пришлось бы навсегда изолировать от общества: их бы заперли в каком-нибудь глухом уголке и держали бы там под охраной, не разрешая ни с кем общаться, до смерти последнего узника. Почему применили бы такие жестокие меры? Потому что алкоголизм – так дядя Исмаил назвал болезнь, поразившую наших студентов-археологов – заразен, и зараза передаётся не микробами, не вирусами, а особым способом – информационным. То есть, можно образно сказать – информационными вирусами. Чтобы было понятно, скажем применительно к Андерсу. Его поразил вирус алкоголизма, его он приобрёл, попробовав «Рябчика». Андерс заразил своим пристрастием ближайших друзей. А ведь у тех есть свои друзья, родственники в далёких местах планеты, и пока этот вирус не вышел за пределы нашего студенческого городка, заразе необходимо поставить заслон. Всех, кто поражён вирусом, а заодно и тех, кто знает об этой истории (врачей, студентов, присутствовавших при опытах доктора Маджида), подвергнут процедуре девирусификации. То есть сотрут из мозга всю информацию об алкоголе и его воздействии на организм. Будто бы и не находил Андерс никакого «Рябчика». Знать будут о происшествии в нашем городке только те, кому по роду службы положено всё знать и всё предвидеть (конечно, всё предвидеть нельзя: ну кто мог предположить, что бутылки с алкоголем, исчезнувшим из обихода землян чуть ли не тысячу лет назад, неожиданно всплывут из небытия и доставят столько хлопот моему дяди и его коллегам по ведомству?).

Итак, продолжаю писать уже не для себя, а для тех, кому необходимо быть начеку. История о том, как человечество победило наркотики (что это такое – наркотики – узнаете из моего дальнейшего рассказа) и что случилось с теми народами, которые не смогли всерьёз отнестись к той угрозе, что и свела их в могилу.

Но – всё по порядку.

Прежде всего дядя Исмаил удовлетворил моё любопытство о русском народе. У них в «конторе» хорошо знают и о космонавте Гагарине, и о других изобретениях, подаренных русскими миру. Так, я с удивлением узнал, что Россия (так называлось государство, созданное русскими и просуществовавшее более тысячелетия) – родина радио и телевидения, русские внесли большой вклад в развитие химии и физики, биологии и геологии, генетики и физиологии. Не стану называть здесь прозвучавшие из уст дяди Исмаила имена: они табуированы по той же самой причине, что и упоминание о тех психотропных веществах, что стали причиной гибели русской цивилизации и тех европейских народов, которые «подхватили» тот самый «русский вирус».

Вообще-то, вернее не называть его русским: не русские придумали алкоголь, а… Короче, история умалчивает, какому народу первому пришла шальная мысль потреблять испорченные гнилью фрукты. Эту гниль в древности называли вином. В вине содержался спирт – продукт переработки загнивших фруктов бактериями. Спирта в вине было немного, но его хватало для опьянения (теперь и читатель знает, что такое опьянение – нехватка кислорода в мозгу, вызывающая в извращённом химическим веществом сознании ощущение приятности). Незадолго до возникновения ислама арабы, в то время ещё язычники, не знавшие Аллаха, придумали способ получения чистого спирта. Этот спирт они назвали «алкоголь», что в переводе означает «одурманивающий». Арабы стали бы первой жертвой своего изобретения, если бы не пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует). О том, как он избавил арабов от этой напасти, я читал в июньском номере газеты «Вопреки» за 2010 год (и тогда уже мусульмане обитали берега Итиля), историю ту поведал доктор Нидаль Эль Хих в статье «Как арабы стали трезвенниками». Привожу её полностью.

«В настоящее время российское общество особое внимание уделяет решению проблемы алкоголизма, наркомании и табакокурения.     В связи с этим нам стоит рассмотреть и воспользоваться уже накопившимся мировым опытом в преодолении этих пороков. На мой взгляд, успешным примером разрешения этой проблемы   является борьба за отрезвление арабского общества, которое 14 веков назад страдало от алкогольной зависимости, а алкоголизм являлся распространённой болезнью среди арабов того времени.   В течение всего прошедшего времени и до сих пор с появлением ислама среди арабов исчез и больше не появлялся это порок, а привычка употребления всех разновидностей алкоголя сегодня стала порицаема и неприемлема  мусульманским сообществом.   Давайте же рассмотрим этот пример с точки зрения применения его уже к российским условиям  в настоящее время.

Заметим, что Бог, посылая Откровения человечеству через Своего Посланника Мухаммада (мир ему и благословение), не сразу одним приказом ввёл запрет людям на употребление алкоголя. Отметим, что процесс борьбы с этим пороком   шёл постепенно по следующему порядку.

Сначала Бог обратился к людям со следующим: «И из плодов пальм и лоз вы берёте себе напиток пьянящий и хорошее пропитание» (Коран, 16: 67) (в доисламский период арабы делали вино из фиников и винограда). Читая Коран, замечаем, что Бог перечисляет Свои дары, предназначенные людям на земле, при этом указывая на их положительное воздействие на человека или отрицательное. Например, финики, виноград, мёд полезны человеку, а различные виды опьяняющих напитков Он не приписывает к Свои дарам и не говорит об их положительном влиянии на человека. Значит, Бог в начале Своих Откровений различает хорошее и вредное. Знаем, что из винограда и фиников можно получить «пропитание» полезное, но и «напиток опьяняющий». В настоящее время я назвал бы этот процесс – запрещения рекламы различных разновидностей спиртных изделий. Ведь не секрет, что употребление алкоголя, особенно пива сегодня стало определённым стилем жизни молодого поколения, проявлением одного из элементов отдыха, нормой жизни во многом благодаря рекламе. Поэтому нашей первостепенной задачей является изменение сознания российского общества в сторону понимания вредности употребления алкоголя, курения, тем более других наркотиков, и выход из рамок этих стереотипов.

Признавая пиво алкогольным изделием, а, следовательно, прекращая его рекламу в средствах массовой информации, мы выполним  одну из первостепенных   задач отрезвления общества.  Надеемся, что в скором будущем мы совместными усилиями добьёмся разрешения этого вопроса, что, несомненно, будет только способствовать приостановке формирования общественного сознания и развенчивания понятия положительного влиянии алкоголя на человека.

Следующий этап, который прошли мусульмане в тот период, был связан с ниспосланием Богом следующего стиха Корана: «Они спрашивают тебя о вине и майсире. Скажи: «В них обоих – великий грех (вред) и некая польза для людей, но грех (вред) их – больше пользы» (Коран, 2: 219) (майсир – это одна из разновидностей азартных игр у арабов в доисламский период).

Ясно и понятно Бог обратился к людям. Ещё Бог не запретил употребление спиртного, но в этом аяте находим однозначное подтверждение тому, что вред, причинённый употреблением алкоголя, больше, чем «польза для людей».

Второй этап является продолжением первого и заключается, в настоящее время, в пропаганде здорового образа жизни и усиления изменения общественного сознания в сторону выработки в нём презрения к вредным привычкам, установления в обществе принципов здорового образа жизни, и напоминания о социальной пагубности и порицаемости таких привычек.

Третий шаг находим вот в этих словах Корана: «О вы, которые уверовали! Не приближайтесь к молитве, когда вы пьяны, пока не будете понимать, что вы говорите...» (Коран, 4: 43), – так обратился Бог к мусульманам спустя некоторое время, когда общество изменилось и осознало вред, наносимый алкоголем. Опять же, Бог полностью ещё не запретил употребление спиртных изделий, а как бы подготовляет людей к этому.

В наше время, в России, в частности, мы можем также применить эту заповедь Бога в виде ограничения распития алкоголя, например, в общественных местах, в определённое время суток, в присутствии детей и подростков и др. Этот приказ Божий в своё время имел большой эффект, так как люди значительно уменьшили дозы и количество употребляемого алкоголя. Отметим, что этот этап наступил только после успешного разрешения вышеназванных, когда общественное сознание изменилось коренным образом.

Четвёртый этап.    «О вы, которые уверовали! Вино, майсир, жертвенники, стрелы – мерзость из деяния сатаны. Сторонитесь же этого, – может быть, вы окажетесь счастливыми!

Сатана желает заронить среди вас вражду и ненависть вином и майсиром и отклонить вас от поминания Бога и от молитвы. Удержитесь ли вы? (Коран, 5: 90,91).

Когда это Божье Откровение было ниспослано людям, все мусульмане добровольно вылили свои запасы вина на улицу так, что историки говорят: «Улицы выглядели как после дождя».  И до сих пор, спустя 1430 лет, алкоголь никогда больше не появлялся   в этих местах. Одним словом, по истечении 23 лет полностью была решена проблема распития алкогольных изделий.

Конечно, в ускорении этого процесса духовность людей сыграла большую роль. Поэтому, верю, что и народы России, возвращаясь к своим духовным ценностям,   нравственности и доброте, будут только способствовать ускорению процессов преодоления пороков современного общества.

А опытом мусульманских стран, считаю, можно воспользоваться и применить его уже у нас в стране».

У нас в стране – в России. Увы, повторить опыт арабов русским не удалось. Дядя Исмаил рассказал мне, что агония русского народа длилась долго. В начале ХV века  по хиджре в стране, тогда ещё Российской Империи, управлявшейся царём, даже ввели сухой закон, и народ принял трезвость так горячо, что казалось: люди избавились от «зелёного змия» (так поэты образно именовали алкоголь), однако вскоре произошла революция, царя свергли, новые власти «упразднили» не только «сухой закон», но и пытались запретить веру в Бога, утверждая бредни о том, что никого Творца неба и земли нет, а есть лишь голый материализм, земная жизнь, а потому надо успеть пожить всласть здесь, на земле, поскольку никакого рая нет и быть не может. А пожить всласть многие восприняли как возможность тешить свою плоть, в том числе и с помощью опьянения. Весь оставшийся срок для русских  прошёл в пьяном угаре. Были великие войны, революции, сменялись власти, неизменным было только одно: алкоголь можно было приобрести повсеместно, и его употребление считалось в порядке вещей.

Были, конечно, люди, предвидевшие позорный для страны исход и пытавшиеся его предотвратить, но их не услышали. Не то чтобы совсем не слушали, слушали и даже соглашались с их доводами, однако отказаться от своего пристрастия не спешили, успокаивая свою совесть: «Ничего же не случится, если я один выпью сегодня бутылочку вина». Живо написанный диалог одного такого пропагандиста трезвости со своим оппонентом хочу привести, взяв его всё в той же газете «Вопреки», этого летописца и репортёра, запечатлевшего ход агонии великого народа.

« –  Что ты всё заладил: не пейте, не пейте! Да разве мы пьём? Ну, фужер шампанско­го на Новый  год,  рюмочку винца на день рождения  – разве ж мы пьяницы?

– Нет, конечно, не пьяницы. Хотя ещё в начале XX века врач А.С. Шоломович дал та­кое определение: «Алкоголик – тот, кто употребляет алко­голь».

– Дожили! Ты нас уже в ал­коголики записал!

–  Не я. Врач Шоломович. А я на полном серьёзе скажу: без вашего фужера шампан­ского под ёлочкой не было бы и тех, кто пьёт не только под звон курантов, то есть самых настоящих алкоголиков.

–  Это почему же?

–  Судите сами. Вот вы счи­таете себя хорошими людь­ми, не пьяницами?

– Да. Мы – не пьяницы.

–  Но разве вы пьёте не то же, что и пьяницы? Разве вы пьёте не водку?

– Сравнил! Что мы там вы­пиваем. В месяц – не больше двухсот граммов. Разве ж это пьянка?

–  Вот, видите, вы отличае­тесь только дозой. Вы ведь считаете, что пить алкоголь – естественно?

– Разумеется, если в разум­ных пределах.

– А как узнать, где они, эти пределы?

– Ну что ты придираешься, сам же знаешь, что многие люди всю жизнь пьют понем­ногу, и ничего, живут хорошо.

–  Я полагаю, что они жили бы ещё лучше, если бы во­обще не прикасались к вод­ке.

–  Чем же лучше? На празд­ник можно же расслабиться...

–  Расслабляться можно и без спиртного. Мне искрен­не жаль тех, кто может полу­чить радость лишь посред­ством химической реакции в организме.

– А нам жалко тебя: ты ли­шаешь себя удовольствия.

– Я не нахожу удовольствия в винопитии. Это во-первых, во-вторых – я знаю, что я ни­кого не ввожу в грех.

– А мы что же, совращаем праведников? У каждого свой ум. Каждый сам решает, пить или не пить.

– Не скажите. Человек – су­щество общественное. Если бы никто никогда не пил, то и алкоголиков не было бы.

– Почему не было бы?

– Потому, что ребёнок, едва начинает осознавать себя, видит, как мама и папа пьют из бутылочки и им становится весело. Дитя запоминает: пить – хорошо. Потом читайте ему лекции – он с пелёнок уже запрограммирован на винопитие.

– Что же, вы хотите сказать, что всякий, кто увидит,  как мама с папой пьют – станет алкоголиком?

– Даже если и не станет, то будет считать, что пить – ес­тественно.

–  Да объясни ты наконец, что плохого в том, что чело­век иногда выпьет немного для веселья?

– В том, что хороший чело­век подаёт дурной пример. И чем лучше человек, чем он культурней,  образованней, чем выше по социальной ле­стнице стоит – тем опаснее его дурной пример.  Очень плохо, что пьют учителя и врачи. Ведь как рассуждает человек: если врач пьёт, зна­чит, это не опасно, было бы опасно, он бы не пил, он же учёный, знает, что такое хо­рошо, а что такое плохо.

–  А разве плохо, если при­меру врача последуют люди и будут пить понемногу. Ведь врач говорит:  много пить нельзя, вредно.

– Тут он лукавит. Если он настоящий врач, то должен знать: алкоголь – наркотик, и как всякий наркотик требует к себе внимания, то есть доза с годами должна увеличи­ваться. Не помню кто, но казал заметил очень верно, куда ведёт дорога «умеренно пьющих»: «Умеренно пьющие незаметно для себя становятся умеренно грубыми, умеренно ленивыми, умеренно пошлыми, умеренно лживыми, умеренно сообразительными, умеренно больными, умеренно способствующими воспитанию нового алкогольного поколения, родителями умеренно отстающих в психическом отношении детей, умеренными пессимистами, умеренными пересмешниками, умеренными иждивенцами, умеренно усреднёнными рабами общественной стихии – умеренного братства с умеренной круговой порукой пьющих умеренно, ведущих страну к умеренной порухе и к умеренному духовному умерщвлению». Да, есть такие люди, которые могут лет до 80 до­жить и не спиться. Но они – исключение. Большинство пьющих становятся зависи­мыми от алкоголя, они уже не могут месяц, другой обойтись без вина. Потому и ищут по­воды: праздник, новоселье, отпуск, друг приехал... Повод всегда можно найти. Повод просто-напросто прикрывает истинную причину – человек стал зависимым от алкоголя, на языке медицины – алкого­ликом.

– Я вот пью уже тридцать лет и больным себя не счи­таю.

– А ты спроси у алкоголи­ка, считает ли себя он боль­ным. Ни один не скажет: я – алкоголик. Потому что уже не может оценивать себя крити­чески. И его друзья не видят того, потому что сами такие же зависимые от алкоголя люди.

– Тебя послушать – все люди у нас алкаши.

– Можешь это сам прове­рить.

–  Как?

– Не пей хотя бы с год, и ты увидишь, в каком мире мы живём.

– И если я увижу, что мы живём среди сумасшедших, то скажешь, что в том вино­ваты мы, которые пьём толь­ко по праздникам?

– У нас  слишком  много праздников. Алкоголь дер­жится в крови три недели. Если пить только по поводу (а повод два раза в месяц найдётся, уж поверьте!), то получается, что алкоголь беспрепятственно подтачивает ваш организм. Но собственное здоровье – не самое главное.

– Что же может быть главнее своего здоровья?

– Здоровье твоих детей. Мы, взрослые, виноваты в том, что наши дети вынуждены жить в мире пьющих людей. Они просто обречены стать алкоголиками.

– Это почему же?

– Алкоголизм передается по наследству. Это раз. Вто­рое – поведение родителей – вот тот механизм, который формирует мировоззрение ребёнка. Недаром молвится: яблочко от яблоньки недалеко падает. Вспомни, кто тебе впервые налил в рюмку вина? Не папа ли, когда тебе ис­полнилось 16 или 18 лет? Вспомни, что он сказал: за твоё здоровье, сынок, ты те­перь большой, ради праздни­ка можно немного выпить. Та­кой родитель своими руками создаёт себе проблемы:  к тридцати годам его чадо мо­жет стать алкоголиком.

–  А может и не стать.

–  Но во всяком случае от того, что человек будет пить, хотя бы понемногу, ему будет хуже жить, чем тому, кто не пьёт совсем.   Особенно  в наше время.

– А что особенного в нашем времени?

–  И без алкогольной про­блемы много проблем. Кста­ти, многие из них связаны с алкоголем. Нелады в семьях обычно из-за чего бывают? Вот то-то же... Здоровье, не­смотря на заклинания-тосты («Будем здоровы!»), у многих сегодня подорвано. А боль­ной человек кому нужен в век капитализма, когда каждый – сам за себя. Прошло то вре­мя, когда люди пили, а проф­союз бесплатно их лечил.

–  Ну, это у кого-то такие проблемы. У меня – нет.

– Самое распространённое заблуждение.  Даже если вы ограничиваетесь только шам­панским на Новый год, то жи­вёте-то не на Луне: сосед – пьяница, дочь может замуж выйти за алкоголика, да про­сто на улице вас может оби­деть пьяная компания. Так что поднимая бокал с шампанс­ким под ёлочкой, вы симво­лизируете единение с теми, кто пьёт отнюдь не символи­чески. И если вы человек по­рядочный, то своей солидар­ностью с крепко пьющими вы создаёте им хорошее оправ­дание: мы что, мы ничего, мы как все; вот и всеми уважае­мый Иван Васильевич с нами пьёт. Что вы им можете воз­разить? Сказать-то и нечего. Про дозу? У каждого она – своя, и только все вместе мы или сможем протрезветь, или все вместе погибнем. Не ве­рите? Спросите у индейцев. Сколько их там осталось из ста миллионов? Десять, пят­надцать тысяч? А ведь они пили гораздо меньше, неже­ли мы сейчас. И не думайте, что вам удастся отсидеться в укромном местечке. Как ска­зал классик, который, кстати, поддержал сухой закон, вве­дённый Николаем II в России: «Жить в обществе и быть сво­бодным от общества нельзя». В трезвом обществе мы не свободны от трезвого обще­ства, в пьяном – от пьяного.

–  В чём же разница между этими обществами?

– Трезвое общество может развиваться как угодно дол­го, пьяное же ограничено во времени: за несколько десятилетий люди деградируют, им на смену придут другие, трезвые. История знала такие метаморфозы. Сегодня на планете самое трезвое общество – мусульманское. ХХI век станет их веком, так как Европа и Америка сплошь поднимает бокалы «За здоровье». Мы сегодня стали сви­детелями коллективного са­моубийства белой расы. Если кто не верит столь категорич­ному утверждению, пусть спросит у французов (их при­водят в пример, мол, фран­цузы пьют – и ничего): ныне из каждых десяти рождённых во Франции только трое – французы, остальные семь – негры и азиаты. Если сможе­те подсчитать, то узнаете, через сколько лет от францу­зов останутся лишь воспоми­нания. Их будут помнить не­гры: хорошие, мол, были люди. И будут поучать негри­тят, используя весёлое племя французов как наглядное пособие».

В начале ХVI века по хиджре жил один врач, жители того города, на раскопках  которого Андерс нашёл злополучного «Рябчика», гордились, что он учился медицине в местном университете. Звали его Фёдором Григорьевичем Угловым. Я бы сказал, что он на тысячелетие опередил своё время. Он не только думал так, как наши современники, но и жил по тем законам, по которым живут люди сейчас, в 2425 году со дня хиджры. Углов был выдающимся хирургом, и в сто лет оперировал людей, руководил институтом, редактировал журнал. Своих коллег-медиков, уходивших на пенсию по обычаям того времени шестидесяти лет от роду, Фёдор Григорьевич искренне жалел, недоумевая: учиться до 25 лет сначала в школе, потом в вузе, стажироваться, чтобы лет в 30-35 стать наконец-то более менее толковым врачом, к пятидесяти защитить кандидатскую, оставив себе для занятий наукой всего какое-то десятилетие? Он полагал, что человек должен жить полтора века, одна из его статей так и называлась: «Человеку мало века». Умер он в возрасте 104 лет, работая до последнего дня, просто сердце остановилось – и всё. Своё долголетие объяснял тем что, жил с добрым настроем (книга его, «Заповеди добра», словно списана с Кодекса жизни наших дней), никогда никого не осуждал, в чём мог помогал людям, и Всевышний продлил его годы. Углов призывал своих соотечественников не употреблять алкоголь, особенно ратовал за то, чтобы пример другим подавали врачи. Только далеко не у всех находил поддержку своим взглядам, многие и многие доктора уверяли себя и своих пациентов, что спиртное в умеренных дозах не только не вредит, но даже является полезным, способствуя распространению этого заблуждения. Фёдор Григорьевич использовал свой авторитет большого учёного и обращался с письмами к руководителям страны, просил их ввести «сухой закон» в стране, то есть запретить производство и продажу алкоголя. Ему отвечали, что каждый волен сам выбирать, пить ему или не пить. Вот это мне никак не понять: долг каждого правителя – оберегать свой народ, отвращать от людей от всяческих напастей. Почему же тогдашние вожди уклонялись от своих обязанностей? Что ими двигало?

– Мой дорогой Хасан, ты судишь их с позиций нынешнего времени, по добрым обычаям наших дней, – попытался объяснять мне действия властителей ХVI века дядя Исмаил. – Чтобы понять ту пружину, что раскручивала поступки лидеров того безжалостного мира, нужно глубоко изучить психологию тех людей, понять шкалу их ценностей. Вот скажи мне, что для нас самое важное, чего мы боимся больше всего потерять?

– Самое драгоценное для нас – время, отпущенное нам Аллахом. Мы арендуем у Него дни нашей жизни, и за каждый бесцельно прожитый день ответим перед Ним в отведённый Им, неведомый нам день.

– Правильно, забота о том, чтобы тратить отпущенные нам дни во благо людей движет нашими поступками, – похвалил меня дядя Исмаил и продолжил свою мысль: – А у живших тысячелетие назад приоритетом являлись вещи: чем больше скапливал имущества человек, тем значительней выглядел он в своих глазах и в глазах его окружающих. Ещё в далёкой-далёкой древности, ещё до рождения Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует), люди придумали деньги, – скорее, не сами изобрели это дьявольское наваждение, а послушались шайтана. Деньги – это золотые или серебряные слитки, на которых выдавливались изображения правителей стран, владык народов, позднее металл заменили на бумажки, на коих значилась сумма. Каждый стремился завладеть как можно большим количеством этих денег. Поистине варварская затея!  Некоторые умудрялись приобрести миллионы, миллиарды таких бумажек, их можно было обменять на продукты, на вещи. Человеку для жизни требуется не так уж и много, у него один желудок, ему нужно немного одежды, небольшое жилище. Чтобы удовлетворить все потребности, хватило бы и миллионной доли тех денег, что скапливали жадные люди, остальное они не могли потратить, продолжая приобретать всё новые и новые деньги. Я изучал историю падения Европы, и скажу тебе: и мне не всё понятно в действиях живших тогда людей. Вот ты спрашиваешь, почему владыки не противились пристрастию своих подданных к алкоголю? А как они могли противиться, если сами наживались на продаже спиртных изделий? Этот товар для жадин оказался идеальным: его не надо рекламировать, не надо уговаривать людей отдавать последние гроши за бутылку водки, потому что алкоголь оказался наркотиком.

– А что это – наркотик?

– Вещество, без которого человек, начав его употреблять, уже не может обходиться, причём такое вещество вдобавок и разрушает, подтачивает организм. Вот и без хлеба мы не можем прожить, и без воды, но их нельзя назвать наркотиками, потому что они питают, поддерживают в нас жизнь. А наркотик – он как крючок для рыбы, с него трудно соскочить…

– Да, да, – согласился я с дядей, – мне и Маджид, наш доктор, то же самое говорил о водке: бедняга Андерс и такие же бедолаги его друзья по несчастью вляпались в этот наркотик, хотят не хотят – а нужно им каждый день его пить…

– Таких бедолаг в последний век цивилизации Европы были – миллионы. Читаешь документы тех лет в секретном архиве – и диву даёшься, как всё неразумно было устроено тогда: одни люди гибли от наркотиков, другие наживались на их смерти, не задумываясь, что рубят сук, на котором сидят: сейчас мне хорошо, деньги прибывают, – а что будет завтра – плевать!

– Дядя Исмаил, а почему эти документы засекретили? Ведь на примере погибших народов можно было бы воспитывать, дескать, смотрите, что будет с вами, если попытаетесь повторить их путь?

– Трезвые народы поначалу так и делали: в школах изучали печальный опыт угасших от наркотиков народов. Потом заметили, что разговор о них, о наркотиках, у кого-то вызывает страх, отвращение, а кого-то и завлекает: хочется попробовать и испытать его действие на себе, надеясь, что я только попробую – и всё, сразу же брошу… А ведь были и такие наркотики, что с одной инъекции напрочь привязывали к себе.

– Инъекции? – переспросил я. – Что, водку не только пили, но и вкалывали?

– Нет, – усмехнулся дядя Исмаил, – водку пили, но тогда понапридумывали множество других наркотиков. Их можно было нюхать, глотать, вводить себе в вену. Можно было их курить, то есть вдыхать в себя дым. Последний способ был самым распространённым, сушёные листья табака (это такое ядовитое растение) курили едва ли не все люди в тех странах, начиная от малышей и кончая старухами. Курение считалось безобидным занятием, однако, как свидетельствовала статистика, от курения умирало гораздо больше людей, чем от всех других вместе взятых наркотиков…

– Почему же тогда это, как его, курение полагали безвредным?

– Потому что курить можно было и пять, и десять, и двадцать лет, прежде чем накуришь себе болезнь, которую тогда называли рак – лёгкие разрушались опухолью и курильщик умирал в страшных мучениях. А вот от таких наркотиков, как героин, кокаин, многих синтетических, то есть приготовленных не из естественного сырья, а выведенных в химических лабораториях, люди истаивали в считанные годы, а то и месяцы. И ведь представь: человек знал, что они губят его, а остановиться не мог. Как кролик перед удавом: верезжит, дрожит весь от страха, а лезет в пасть.

– Ох дядя, какие вы страсти рассказываете! Зачем же тогда её изобретали, эту заразу?

– Так ведь не для себя! Хотя случалось, что и сами наркопроизводители и наркоторговцы попадали в капкан зависимости, расставленный для других. И их губила любознательность: попробую разок – и всё. И всё! А изобретали всё новые и новые наркотики опять же для того, чтобы заработать побольше денег. Водка и сигареты стоили дёшево, то есть покупателям требовалось немного денег на бутылку, на сигареты. Торговцы наркотиками решили: что это мы будет собирать по крошечке, если можно сразу за граммы порошка брать большие деньги. Правда, эти другие наркотики глушили сознание потребляющих их гораздо сильнее водки и сигарет, и смерть наступала быстрее.

– Дядя, вы хотели рассказать, почему засекретили документы о наркотиках…

– Да, да! Я ведь тебе рассказываю сведения, до сих пор не подлежащие разглашению только потому, что эти факты ты забудешь, но после того, как опишешь всё случившееся в вашем студенческом городке: этот случай поможет в будущем избежать возможных трагедий…

– Трагедий? Так что, Андерс и его друзья обречены? – дядя Исмаил не на шутку испугал меня своим откровением.

– Нет-нет, они зашли не так далеко. Даже тысячу лет назад врачи умели излечивать алкоголизм – так называли болезнь пристрастия к спиртному. Могли вылечить тех, кто сам хотел вылечиться. Беда была в том, что миллионы людей считали потребление алкоголя нормой, но постепенно из-за генетических мутаций стали не способны иметь потомство… Впрочем, я опять отвлёкся. Секретность, да, секретность. Все архивы погибших народов убрали с глаз долой в спецхраны потому, что наркотики распространяются с помощью информационных вирусов. Этот закон подметили ещё сами наркопроизводители. Когда отдельные врачи, педагоги, даже политические деятели стали бить тревогу по поводу наркотических эпидемий, тогда производители этого смертельного зелья стали выделять немалые средства для профилактики наркомании, в школах проводились уроки, детям разъясняли, что будет, если они начнут пить, курить, колоться. Многотысячными тиражами выпускались листовки, где также разъясняли вред наркотиков.

– Что-то не склеивается, дядя Исмаил,  – не понял я ход его мысли. – Если люди торговали наркотиками, зачем им говорить правду о своём губительном товаре?

– В том-то и был подвох, что они так аппетитно рассказывали о наркотиках, что ребятне хотелось поскорее попробовать его. Эти волки в овечьих шкурах приходили к малышам и после рассказа просили детей нарисовать, какие они плохие, эти наркотики. И детишки старательно корябали на листочке бумаги бутылку, папироску, шприц, жирно перечёркивая их крест-накрест, дескать, вот вам, гадкие наркотики, я не буду ни пить, ни курить, ни колоться. А в подсознание вкрадывалась совсем противоположная мысль: вот вырасту и попробую, ведь все вокруг пьют и курят. Или такая тщательно продуманная агитация: в учебнике автор-педагог советует родителям, что нужно сделать, чтобы ребёнок не тянулся к алкоголю: «Следует взять процесс под контроль, Это значит, что нужно опять же попытаться сформировать у ребёнка стойкий стереотип относительно того, что употребление алкоголя – это дело взрослых, попытаться объяснить ему негативные последствия воздействия алкоголя на юный организм». Чтобы этот совет родители не пропустили мимо ушей, на соседней странице издательство выделило жирным шрифтом и взяло в рамочку следующие слова: «Внимание! Вследствие массированной рекламы у ребёнка может возникнуть интерес к алкоголю. Возьмите процесс в свои руки, объясните детям все негативные полследствия воздействия алкоголя на растущий организм. Подчеркните, что только взрослым можно употреблять алкоголь».

Как ты думаешь, достигнет цели такое предупреждение?

– Ну, не знаю…, – попытался я понять, к чему клонит дядя Исмаил, но это, как оказалось, был риторический вопрос.

– Казалось бы, совет верен, – продолжил дядя. – Однако что значит сказать подростку: «Ты ещё мал, вот вырастешь – тогда…» В пятнадцать лет человек (уж такова особенность психики переходного возраста хоть сейчас, хоть тысячу лет назад, и это не могли не знать педагоги и тогда!) в пятнадцать лет юноша или девушка считает себя взрослым. Вон десятилетние – да, те ещё малыши. А я-то! И лучшего способа доказать свою взрослость своим сверстникам и тем, кто помладше, как пить и курить, в алкоголизированном обществе не придумано. Потому что выпивка и курение преподносились как атрибуты взрослости.

 – А что должен был сказать родителям автор учебника?

– А то, если педагог на самом деле хочет, чтобы дети, став взрослыми, не пили и не курили: что табак и алкоголь – наркотики, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Что алкоголь и табак негативно влияют не только на растущий, но и на всякий организм. Что употребление этих легальных наркотиков – вина, пива, водки, сигарет – не признак взрослости, а признак заблуждения самих взрослых, которые когда-то тоже были детьми и тоже слышали: «Вот вырастешь – тогда можно…»

– Дядя Исмаил, так почему же погибла белая раса? Ведь из всех арийских народов, насколько я знаю, уцелели лишь шведы и мы, иранцы. Наркотики – всего лишь губительное средство, а не причина, так я понимаю?

– Совершенно верно! Как это ни покажется странным, но погубила европейцев неверно понятая свобода. Люди поставили знак равенства между свободой и эгоизмом. «Хочу» ограничивалось лишь «могу», а про «надо» – все забыли. Долг перед Отечеством? Это нарушение прав человека! Следование заветам предков, ответственность перед Богом?  Устаревшие понятия, сейчас не средневековье. «Сухой закон» – это насилие над личностью! Так думали многие и многие, пока не осталось людей думающих, а народы превратились в стада социально опасных животных.

– И что, их уничтожили другие народы, которые смогли удержаться от соблазнов необузданной свободы?

– Нет, всё случилось гораздо прозаичней и менее кроваво, без войн и потрясений, хотя – не менее трагично для погибших. Ты, верно, помнишь из курса химии: есть такие реакции замещения – в молекуле вещества в ходе реакции меняются атомы, глядишь – а вещество с новыми атомами уже не первоначальное, а совсем иное. Так произошло и с европейскими странами: прежние обитатели (атомы) потихоньку спивались, уходили в небытиё, не оставляя после себя потомства (четвёртое поколение сильно пьющих родов не способно зачать и выносить ребёнка: так природа очищается от балласта), на их место приходили другие, трезвые и сильные. Китайцы, прежде, чем колонизировать Луну и Марс, заселили пространства Сибири и Урала до самой Итили, пошли бы и дальше, да здесь уже укоренились – с севера – шведы, а с юга – мы.


ВЫПОРХНУВШИЙ РЯБЧИК, или КАК УПРЯТАТЬ ДЖИНА В БУТЫЛКУ?

 

Едва ли не до рассвета беседовали мы с дядей Исмаилом, а когда он уходил в гостиницу, просил меня, как отосплюсь, записать наш разговор и отдать ему заметки для отчёта о его командировке. Целью его приезда, напомню, был Андерс и его компания. Кстати, процесс стирания из памяти  сведений о водке и последствиях её употребления для зависимых от спиртного студентов назначили на завтра, то есть – уже сегодня. Как ни хотелось мне продлить диалог с дядей Исмаилом, а надо было расставаться. Дядя ушёл, я разделся и, стряхнув постель, лёг в кровать, прочитав полагающуюся ритуалу отхода ко сну молитву: «С именем Твоим, Господь мой, я улёгся на бок и с именем Твоим я поднимусь. Если Ты заберёшь душу мою, то помилуй её, а если отпустишь, то защити её посредством того, чем защищаешь Ты Своих праведных рабов». Затем, покаявшись в совершённых мною грехах, я попросил у Аллаха прощения, лёг лицом с сторону Киблы на правый бок, направив ноги к западу. Но, несмотря на усталость, уснул не сразу, размышляя о превратностях судеб народов.  Будь побольше таких мужей, как хирург Углов, да если бы они управляли страной – сейчас карта мира была бы иной… А что ещё смогли бы изобрести их учёные? Какие книги написать поэты, какую музыку сочинить композиторы?

Я не заметил, как уснул, плавно перейдя от бодрствования к фантастическим картинам, которые, опять-таки, вертелись вокруг русского народа. Мне снилось, что я со скаутами иду по горячей степи, а руководительница молодёжи Наталия Александровна Королькова показывает рукой на взгорок над Итилью и говорит ребятам: «Вот там приземлился первый космонавт Юрий Алексеевич Гагарин». Я хотел было спросить, как же русские первыми побывали в космосе, если они погибали от водки, но тут откуда ни возьмись – Дэн, шедши нам навстречу, выкрикивал: «Нет, не Гагарин, а Ян Ливей, Ян Ливей, Ян Ливей!» Во сне же я ещё подумал: «Надо спросить у Дэна, знает ли он о том, что китайцы вовсе не первопроходцы космоса, но тут кадры сна сменились, и что снилось дальше – я запамятовал.

Зато проснулся уже ближе к обеду не запамятовав, что нужно выполнить просьбу дяди. Встав ото сна и произнеся традиционные слова поминания (Хвала Аллаху, воскресившему нас после того, как Он умертвил нас, и к Нему воскресение), прочитал молитву утреннего намаза, надеясь, что встреча солнечного света в постели из-за важного разговора с дядей не будет мне  засчитана как тяжкий грех (первый намаз надо свершать до рассвета, но если причина позднего вставания весома, то это не является грехом). Затем, наскоро перекусив и выпив клюквенного сока (он хорошо бодрит после сна), я решил ещё раз перелистать электронную подшивку газеты «Вопреки», чтобы включить в отчёт, – авось пригодится тем, кто будет его читать, – понравившиеся мне сведения о жизни далёких волжан (так, кажется, называли себя люди, обитавшие берега Итили тысячу лет назад). Мне показались забавными обычаи распития алкоголя, ведь его не пили в одиночку, а обставляли ритуалами, схожими с религиозными. Вот как описывает сей процесс «общения», объясняя, что происходит с психикой людей выпивающих, врач Ю.А. Соколов (этот материал поместила газета в марте 1999 года)

«Врезали трое по стакану, по другому – и вот уже завязался разговор. Каждому из них кажется – душевный разговор, ибо наконец-то удалось выговориться, выплеснуть всё накипевшее в душе. И неважно, слушали тебя или нет: ты-то был в полной уверенности – слушали. Как же происходит такое единение? Механизм воздействия алкоголя до примитивности прост. Принятый алкоголь, поступая в кору головного мозга, в первую очередь как бы задраивает, то есть запирает, отсеки, другими словами – подавляет центры, отвечающие за наши высшие проявления: сердечность, доброту, готовность к самопожертвованию, правдивость, талант, наконец. Зато каждый глоток алкоголя как бы открывает двери тех участков коры головного мозга, которые, словно ящик Пандоры, хранят наши низменные устремления: ложь, грубость, цинизм, подлость, хамство, самовозвеличивание, эгоизм. Даже та пьяная доброта и готовность отдать последнее, а то и жизнь за собутыльника – это тоже из того ящика. Доброта эта, как и самопожертвование, наигранные. Как часто они сменяются злобой абсолютно беспричинно, иногда из-за нечаянно оброненного кем-то обидного слова».

Причём, как я понял, воздействие алкоголя не зависит от интеллектуального уровня пьющего, ему, алкоголю, всё равно, чьи мозги растворять. В июле 1996 года газета поместила реплику художника Геннадия Михайловича Панфёрова «Сон разума рождает чудовищ», в ней он рассказал, как нелегко было не пьющим людям отбиваться от наседаний пьяниц, уверенных, что их образ жизни – единственно правильный, и пытавшихся всех подмять под своё мировоззрение.

«Недавно в гостях у друга ко мне, – жаловался через века художник Панфёров, –  приставал один местный поэт, и на мои отказы от рюмки он наконец решил применить самый неотразимый, на его взгляд, аргумент: «Ты что, не русский?» – спросил он язвительно. «Русский, – ответил я, – потому и не пью, что русский». Вот так: сначала такие «поэты» становятся пьяницами, потом, чтобы оправдать свой грех, утверждают, что они поддерживают национальную традицию. Если бы наши предки «традиционно» пили, то не создали бы великую Россию. Великую не только размахом территории. А теперь, когда Россию наши мужики пропили, – что это так, не видит лишь слепой или вечно пьяный, – то и русскость  измеряют стаканами: пьёшь – значит, русский. Это – трагедия нашего народа, а у нас по телевизору, в газетах, на радио, везде: только хохмы да шуточки, мол, пей, Ваня, веселись. Вот так вот, приплясывая, Россия и идёт к своей могиле. Вся надежда, что наши дети смогут понять, что отцы идут совсем не туда…»

Да, загадочный был народ, и они сами, русские, ощущали свою особость (быть может, она и сгубила их).

Вечером, когда я заканчивал работу над отчётом (вернее, над материалами, с которыми ещё основательно поработает дядя Исмаил, добавив свои размышления и свой анализ увиденного и проделанных мероприятий), ко мне зашёл дядя Исмаил и сказал, что успешно завершился процесс реабилитации пациентов доктора Мажида, они спят после вмешательства в их мозг, а назавтра проснутся в своих постелях, где им объяснят, что они были больны, но опасность миновала. Ни о каком «Рябчике» они и не вспомнят.

Я хотел было вопросить, когда настанет моя очередь реабилитации, однако дядя меня опередил:

– Кстати, я переговорил с моим шефом о тебе. Он предлагает взять тебя на службу в нашу контору. Тогда тебе не придётся ложиться под электронный скальпель и вырезать запретные знания. Хотя технология отработанная и безопасная, однако наш мозг и ныне, несмотря на успехи биологии, во многом остаётся «терра инкогнито», – землёй неизведанной, – даже для великих учёных. Советую тебе согласиться на предложение.

Как прав был дядя Исмаил, я убедился уже через неделю. Нет, не в том, что процесс реабилитации безопасен, или, напротив, вреден для человека: я принял предложение шефа «конторы», как в шутку называет дядя Исмаил своё ведомство, отвечающее за обеспечение защиты планеты от различных угроз. Принял потому, что захотел, как настоящий археолог, докопаться до истины. А она, как я убедился из бесед с дядей, осталась не под руинами древнего города Саратова, а хранится в архивах спецхрана. Я убедился в правоте дяди Исмаила по другому поводу: сбылись его слова о непредсказуемости поведения мозга, подвергшегося реабилитации. Непредсказуемость эта выразилась в том, что Андерс и его друзья… сбежали из студгородка! Исчез и собранный Андерсом самогонный аппарат. Видимо, мозги наших пациентов после обработки алкоголем настолько изменились, что процесс реабилитации не возымел нужного действия. Как я полагаю (беглецов ещё не отыскали, хотя я уверен, что их вскорости найдут, и тогда мы узнаем, верна ли моя догадка), в их памяти не до конца стёрлась информация, мало того – они восприняли процесс лечения от алкогольной зависимости как акт враждебный, потому-то и сбежали от своих мучителей.

Так я, неожиданно для себя, сделал свой выбор: посвятить свою жизнь не истории, а современности, поняв одну важную вещь — у каждого поколения свои «рябчики», и где и когда вспорхнёт очередной — для предотвращения этого и нужна служба, которой отдал не одно десятилетие дядя Исмаил, а теперь привлёк и меня.

Вспоминается мне улыбка Андерса, когда он очищал от земли бутылку с «Рябчиком». Я тогда ещё пошутил, мол, ты как дервиш с сосудом, смотри, не выпусти из него джина. Пророческой оказалась та шутка! Надеюсь, что мы справимся с проблемой, пусть даже для этого придётся, как это ни прискорбно, пожертвовать свободой наших беглецов и всех их изолировать. По крайней мере до тех пор, пока не удастся задушить в зачатке тот информационный вирус, от которого вымерли народы Европы. Иначе и мы повторим печальную судьбу России и других стран, не сумевших загнать в бутылку злого джина.

 

Это должен знать каждый

 

обложкаМетодическое пособие СРОО трез­вос­ти и здо­ро­вья по про­фи­лак­ти­ке упот­реб­ле­ния пси­хо­ак­тив­ных ве­ществ в шко­лах и уч­реж­де­ни­ях со­ци­аль­ной сфе­ры вы­пу­ще­но в 2008 го­ду.

На ос­но­ве обоб­ще­ния име­юще­го­ся опы­та и ис­сле­до­ва­ний в нём сис­те­ма­ти­зи­ро­ван­но из­ла­га­ют­ся те­оре­ти­чес­кие, кли­ни­ко-ди­аг­нос­ти­чес­кие, кли­ни­ко-со­ци­аль­ные и ор­га­ни­за­ци­он­ные воп­росы по­мо­щи не­со­вер­шен­но­лет­ним из со­ци­аль­но-не­бла­го­по­луч­ной сре­ды.

Скачать бесплатно без регистрацииСкачать методическое пособие "Семья и школа без наркотиков" в формате .pdf

 

обложкаБрошюра "Битва за трез­вость - бит­ва за Рос­сию" вы­пу­ще­на Об­щес­твом трез­вос­ти в 2013 го­ду в рам­ках про­ек­та "Трез­вость - вы­бор силь­ных"

В ней при­во­дит­ся ин­фор­ма­ция о па­губ­ных пос­лед­стви­ях упот­реб­ле­ния ал­ко­го­ля, ра­зоб­ла­ча­ют­ся мифы о "рус­ском пьян­стве", рас­кры­ва­ют­ся ме­ха­низ­мы фор­ми­ро­ва­ния "ал­ко­голь­ной куль­ту­ры", по­ка­зы­ва­ет­ся вли­яние "уме­рен­но­го" упот­реб­ле­ния ал­ко­го­ля на бла­го­сос­то­яние об­щес­тва, пред­ла­га­ют­ся пу­ти из­ме­не­ния дан­ной си­ту­ации.

Скачать бесплатно без регистрацииСкачать брошюру "Битва за трезвость - битва за Россию" в формате .pdf

   

Медицинский центр

медицинский центр "Дом трезвости"

Медицинский центр "Дом трезвости" в фейсбукеМедицинский центр "Дом трезвости" в одноклассникахМедицинский центр "Дом трезвости" в контакте

Правнуки бессмертных

брошюра о проекте Правнуки бессмертных

В брошюре представлен опыт работы СРОО трезвости и здоровья по проведению программы патриотического воспитания на основе позитивной самореализации подростков в создании трезвой здоровой среды обитания.

Скачать брошюру (.pdf)

Битва за трезвость.

В документальной повести Владимира Ильича Вардугина, редактора трезвеннической газеты Саратовского общества трезвости и здоровья «Вопреки», впервые представлена история не города, не села, не отдельного предприятия, а общественного движения за трезвость на земле саратовской за последние полтора века. Автор – писатель-краевед, участник борьбы за трезвость с 1982 года, использовал архивные материалы, рассказы соратников и собственные наблюдения событий, участником и организатором которых он был. Книга эта – не агитация за трезвость, а достоверный рассказ о людях, посвятивших свою жизнь пропаганде идей трезвости как личным примером, так и трудами на благо Отечества.

Скачать книгу В. И. Вардугина "Битва за трезвость. Саратовский фронт" в формате .pdf

"Здравый толк"

В брошюре СРОО трезвости и здоровья «Здравый толк» предлагаются методики работы со школьниками по профилактике потребления психоактивных веществ, просвещению в сфере здорового трезвого образа жизни. Эффективность этих методик проверена многолетним опытом работы Общества трезвости.

Скачать брошюру ( .pdf )

Скачать приложения

Центр "РОСС"? Не вопрос!

centr ross

В брошюре СРОО трезвости и здоровья «Центр "РОСС"? Не вопрос!» предлагаются методики работы со школьниками по организации школьных центров пропаганды здорового образа жизни по принципу "сверстник-сверстнику. В 2010 году проект по организации этих Центров был признан Министерством здра­во­охра­не­ния РФ победителем номинации "Лучший молодежный проект" всероссийского конкурса "Здоровая Россия".

Скачать брошюру (.pdf )

Уроки жизни

Уроки жизни

В методическом пособии СРОО трезвости и здоровья «Уроки жиз­ни» изложена программа трёх уро­ков для детей 6-9-летнего воз­рас­та и родительского соб­ра­ния. Предложены рекомендации по организации первичной про­фи­лак­ти­ки среди детей этой группы.

Скачать брошюру (.pdf )

Уроки нравственности

Уроки нравственности и здоровья

Учебно-методическое пособие «Уро­ки нравственности и здо­ро­вья» адресовано, прежде всего, школьному учителю. Это – го­то­вые сценарии уроков, которые можно использовать для про­ве­де­ния факультативного курса или классных часов в 6-7 классах.

Скачать брошюру (.pdf)